Автор
Мужчина узнает о существовании собственного ребенка, которого скрывала от него его бывшая любовь. Между ними вспыхивает конфликт, полный претензий и боли. Теперь им предстоит разобраться с чувствами, которые так и не угасли, и решить судьбу ребенка.
Похоже, «Останься со мной» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
Дорожка ухоженная, вдоль нее кусты с какими-то просто нереальными розовыми бутонами. Я не сильна в цветоводстве.
Демид с присущей ему жесткой галантностью, отнимает у меня спортивную сумку, которую я вытаскиваю с заднего сиденья.
— Я сама! — пытаюсь бастовать, но теряю мысль, когда вижу бело-рыжую псину, размером с теленка, которая несется к нам во весь опор.
Все. Я поняла его тонкую подлую задумку. Он специально привез меня, чтобы скормить этому чудовищу.
— Сэм! Стоять!
Куда там! Эта махина, как неслась огромными скачками, так и несется дальше. Смотрит на меня. Кажется, я в ее глазах отражаюсь, как большая сахарная косточка.
— Да чтоб тебя, — Демид загораживает меня собой, хватает собаку за массивный ошейник, пытаясь удержать, — дурень, лохматый!
По-моему, я собралась прилечь в глубоком обмороке. Прямо здесь, на ухоженном ровном газоне.
— Сидеть! — гремит Барханов, и пес наконец подчиняется. Садится, подрагивая и тонко поскуливая, при этом не отрывает от меня восторженного взгляда, — не бойся. Не тронет. Разве что обслюнявит.
— Что-то он тебе не очень подходит, — потихоньку выдыхаю.
— И кто мне, по-твоему, подходит?
— Какой-нибудь чопорный дог. Или доберман на крайний случай. А ты себе сенбернара завел.
— Вообще-то это московская сторожевая. И должен он была вырасти грозным охранником. Только времени не хватило, чтобы заняться его воспитанием.
— Повезло ему…что не хватило, — не могу не подколоть и аккуратно прикасаюсь к широкой, улыбающейся морде. Рука тут же облизана, чуть ли не до локтя.
— Ты ему понравилась, — Демид одобрительно кивает, — он, между прочим, далеко не всем так радуется. Например…
Затыкается, так и на сказав, какой там пример, но я примерно догадываюсь о ком речь. Моментально представляю Воблу. Как она вышагивает по этой дорожке, отбивая четкую дробь своими шикарными шпильками. Это место и она — идеально подходят друг для друга.
Ревность тут как тут. Закрываюсь. Насильно отгоняю ее от себя, напоминая, что прав на нее нет. Желания — тем более. Я бы многое отдала, чтобы ничего не чувствовать к этому мужчине, но сердце все равно замирает, когда смотрю, как он треплет псину по лохматой голове и улыбается. Его улыбка, как наркотик. Редкая, но крышу мигом срывает.
— Хоть кому-то я тут нравлюсь, — ворчу себе под нос и отворачиваюсь.
Мы идем к дверям, а Сэм все это время трется возле меня. То боком прислонится, едва не уронив, то башкой своей шишковатой под колени боднет от избытка чувств.
