История о художнике Евгении Свиридове, который постоянно откладывает важное на потом, считая, что настоящая жизнь ещё впереди. Но время неумолимо. Произведение о том, как легко упустить самое ценное, откладывая признания в любви и исправление ошибок.
Видно, совсем ему было тоскливо – то да се, как вы, Светлана Васильевна? Как Катенька, все ли у вас хорошо? Если надо – обращайтесь, всегда чем могу.
Ну и снова сто раз «спасибо». Вот такой замечательный человек!
А напоследок чувствую – жмется. Что-то хочет сказать, я стесняется.
Сто раз извинился ну и решился."
"– Есть у меня знакомый, Светлана Васильевна. Приличный и хороший человек. Мужчина сорока двух лет, бывший инженер. Порядочный и спокойный. Только не очень везучий – жена от него ушла. Забрала дочку и ушла. Некрасиво ушла, не по-людски. И самое страшное – с девочкой общаться запретила. Переживает он страшно, сами понимаете. Светлана Васильевна, вы уж меня извините и ради бога, не обижайтесь! В голову мою дурацкую пришла странная мысль – а не познакомить ли вас с ним? Знаю вас обоих, потому и хлопочу. И еще раз простите мою наглость. Словом, не обессудьте!
Я рассмеялась:
– Ну вы шутник, Валерий Михалыч! Калек, стало быть, собираете, увечных? Вот и встретились два одиночества? Ой, спасибо, но нет. Я не готова. И к тому же от хороших мужиков жены не уходят, это старая истина. Спасибо вам за хлопоты, обид никаких. Но извините!
– Бывает по-разному, – возразил он. – И от хороших людей уходят, поверьте! И это совсем не истина, а жизненная несправедливость. А плохих терпят, и такое бывает.
Я поняла – это он про себя. В общем, он совсем растерялся, забормотал что-то в свое оправдание, сто раз извинился и просил его простить за бестактность.
Расстались в неловкости, и я, и он. Я старалась забыть об этом разговоре, а не получалось. Сама себе удивлялась – вот ничегошеньки я про этого «жениха» не знаю, а из головы не идет. Понимаю – мужа мне просто так не найти. Я никуда не хожу, нигде не бываю. В брачное агентство не пойду, смешно. Да и денег жалко. Выходит, куковать мне до конца жизни одной. А может, попробовать? «Да нет, неловко, – думала я. – Не могу».
Вспоминала свою жизнь с Виталиком, Катькиным отцом. Много ли там было хорошего? Кажется, нет. Обыкновенно все было, слишком буднично, что ли. Встречались, целовались, ходили в кино. Жались по подъездам. А потом я залетела – прости за откровенность, ну раз уж у нас с тобой такой разговор. Подлецом он не был, ни от чего не отказывался. Сыграли свадьбу, все чин по чину. Только почему я накануне свадьбы ревела? По-че-му? Понимала или чувствовала, что все как-то не так? Не горим мы от любви. Оба не горим. Привыкли друг к другу, и все. Как-то живем. Не особо ругаемся, не особо и радуемся.
