В метро «Парк культуры» – место где-то между прошлым и настоящим, когда парни встречаются с друзьями после долгой разлуки. Здесь все как всегда: шумная компания, мороженое, газировка, аттракционы. Но каждый приносит свои перемены – кто-то уже взрослый и занятый, а кто-то вернулся с новыми эмоциями. Книга "Осторожно, двери закрываются" тихо подкралась к вам, распахивая страницы о новых витках жизненного кругосветания....
В общем, дай бог всего и побольше питерской девочке Алле, умнице и красавице, за нее он был только рад. Но выскребался из этой истории долго, пару лет наверняка.
Уснуть не удавалось, чертовы мозги, чертовы воспоминания. Он встал, надел джинсы и майку и вышел из комнаты. «Покурю и успокоюсь, это всегда помогало».
На терраске горел ночничок, старый зеленый ночничок из той, прежней, жизни. Вспомнил, как Анна Ивановна под ним чинила носки. За столом, с рюмкой коньяка и с потухшей сигаретой, сидела его бывшая жена Валентина.
Увидев его, удивилась:
– Господи, Свиридов! И ты туда же! Тебе-то чего не спится, родственник?
– А черт его знает! Черти крутят. Призраки из прошлой жизни.
– Бывает, – глотнув коньяка, усмехнулась Валентина. – Но и это пройдет. – Кивнула на полупустую бутылку: – Хлебнешь?
– Видимо, не избежать. С тобой так и спиться недолго. – И, помолчав, озабоченно спросил: – Поддаешь, Валь?
– Да брось! – рассмеялась она. – Это я так, с устатку. Какое там «поддаешь»! Здоровье не позволяет.
Выпили еще по рюмке, все молча, без слов.
– Ну, давай расходиться? – нарушил угнетающее молчание Свиридов.
– Посиди еще, Жень, – тихо попросила Валентина. – Посиди. Что-то паршиво мне, хоть плачь. Правда, плакать я давно разучилась.
– Не отказывай себе, если хочется! – с притворным весельем отозвался он. – Знаю, иногда помогает!
– Не могу.
– Ну тогда расскажи мне про Катьку.
– Да нечего особенно и рассказывать, – начала Валентина. – Девочка неплохая, немного упрямая. Скрытная, молчаливая, ну ты заметил.
