Я просыпаюсь среди тихого шороха и глухих ударов, как будто снаружи играют в молитвенной ритмике. Внутри меня все напряглось от этих непонятных звуков — неужели они хотят снова начать стройку? Этот остров стал местом загадок и недоразумений, где драконы ждут своего часа, а невесты готовятся к нему....
Дракон сделал круг почета и приземлился на стену рядом с нашей группкой. Когти заскрежетали по камню, хвост нервно дернулся, ударил по кладке, вышибая из нее крошку и пыль, но не причиняя сооружению сильного вреда.
Еще миг, и вот уже перед нами Ка Райтон в своей человеческой оболочке, а языки пламени, пляшущие по телу, затухают, истончаются.
Два вопроса: почему не сгорела одежда, почему она не порвалась, когда он превращался? Хм…
Но вообще-то это величественно и страшно. И я тоже так хочу, но не ценой своей жизни, разумеется.
– Давайте подведем итог, – подала голос Харанта. – В конце обучения мы должны превратиться в драконов, прыгнув со стены. При этом есть довольно высокий шанс погибнуть. Если же мы не прыгнем сами, нас столкнут, и тогда возможность выжить примерно нулевая.
– Никто вас сталкивать не будет, – покачал головой мужчина. – Мы не убийцы. Но магия Льеона отторгает тех, кто может быть драконом, но им не становится, не перерождается.
– Тогда почему бы не отправить нас назад! – я долго ждала, чтобы это сказать. И очень хотела, чтобы подвернулся случай не умолять и не верещать это в истерике, а именно спокойно спросить. Я же хотела все прояснить – вот проясняю.
– Увы, Анна, но это невозможно.
– А Высшие?
– Теперь и они тоже.
– Значит, это конец?
– Для всех вас это только начало, миледи.
Начало... начало конца. Я прикрыла на секунду глаза, потому что все вдруг закружилось. Слез не было, но организм отчаянно сигнализировал, что мне вреден такой стресс.
– А теперь предлагаю вернуться в класс и начать наконец занятие по существу.
Ка Райтон первым спустился вниз, затем дочери лордов, которые вообще-то не особенно интересовались демонстрацией. Они-то знали, что придется сделать. А вот за ними пришибленным гуськом уже шли мы – иномирянки и местные простолюдинки. Последние, полагаю, знали в общих чертах, но не осознавали до конца.
