– Что ж вы…
Договорить ему не дали, поскольку Бабкин одной рукой прижал актера к стене, а другой зажал ему рот.
– Не вздумай орать, – тихо сказал он, наклонившись к лицу Рощина, и тот увидел ярость в его глазах.
Вениамину доводилось играть с хорошими актерами, и он наблюдал, как правдоподобно они могут изобразить любую эмоцию, «разогреться» за секунды. До этого мгновения он полагал, что нет ни одного чувства, которое актеры не смогли бы подать убедительнее, чем в жизни. Но, глядя в глаза взбешенного здоровяка, Рощин осознал, что никогда не видел, чтобы актеры играли – так. Так, чтобы ему стало по-настоящему страшно: не из-за того, что его прижимали к стене, как котенка, а из-за того, что он увидел в глазах мужика, при первой встрече показавшегося ему увальнем.
Он перевел умоляющий взгляд на Илюшина. Макар изучал Рощина с холодным любопытством.
– С ума сошли? – спросил Веня, ощущая, как жалко звучит его голос. – Тут везде камеры, идиоты.
– Ты был прав, – заметил Макар напарнику, игнорируя реплику актера. – Он соврал.
– В чем я соврал? – возмутился Веня. – Я ничего не знаю о Вике!
– Зато знаете о ее сестре, – невозмутимо ответил Илюшин. – Рассказывайте, зачем вы встречались с Ниной Стрежиной. Быстро, коротко и по делу.
После категорического отказа Вики продолжать с ним отношения Рощин впал в настоящую депрессию. Не потому, что был сильно влюблен, и даже не потому, что по его самолюбию нанесли сильнейший удар. Причина заключалась в том, как именно нанесли удар – оскорбив его, ткнув в больное место. Вениамин и сам знал за собой привычку к лицедейству в повседневной жизни, но услышать об этом от подруги в столь уничижительных выражениях оказался не готов. Вениамин Рощин терпеть не мог правду, особенно если она касалась его самого. Депрессия продолжалась две недели, а затем Рощин взял себя в руки.
Уход Вики он воспринял как вызов. Поначалу пытался скандалить, потом, осознав абсурдность и ничтожность собственных действий, обдумал план по возвращению бывшей подруги. Стрежина больше не нужна была Вениамину сама по себе – нет, своими словами она убила в нем теплоту и нежность, которые он к ней испытывал. Но Рощина грела мысль о мести – самой банальной мести, которая обелила бы его перед самим собой, убедила в том, что он – значим. Что он не посредственный актер кино со смазливой физиономией, а талант, способный не только сыграть, но и срежиссировать спектакль по своему вкусу.
Вениамин неторопливо обдумал свои действия. Он намеревался вернуть Стрежину, уговорив ее любыми способами дать ему еще один шанс проявить себя. Этот шанс Рощин не собирался упускать. Он хотел не просто показать Вике, что он изменился ради нее, но и влюбить ее в себя, влюбить крепко, используя для этого все подходящие методы.