Взаимосвязанный сознательный и живописный остров изобилует уникальными жителями: необычайно яркими, полюбившись рыбками-леденцами. Терпение удерживает его от поглощения приливами и ветрами, а разноцветные игрушки запускаются на берегах чудесных вод. Войдите внутрь его заклинаний - и вы сможете навсегда отправиться туда, где ваше одиночество станет не просто возможностью, но настоящим подарком....
Рядом лежал чистый лист бумаги, на котором разноцветными фломастерами Илюшин рисовал разнообразных человечков и их окружение. Изредка отрываясь от книжки, Бабкин наблюдал, как рядом с фигурками появилась длинная, на пол-листа, собака, за ней – дерево, под которым Макар намалевал что-то, отдаленно напоминавшее дракона с кошачьим хвостом. Опять задумался, изучая дракона, и снова погрузился в записи.
Каким образом из шаманства Макара вытекало решение задачи, Сергей не понимал, но зато не раз видел, к каким результатам приводила эта бессмысленная на первый взгляд работа.
Через час на столе лежал второй лист с корявыми существами, изображенными Макаром. Бабкин пригляделся, и в вертикально нарисованной крупной гусенице с шарфом вдруг явственно распознал Вениамина Рощина. Никакого сходства не было и, учитывая способности Илюшина к рисованию, быть не могло, но при взгляде на гусеницу, чуть заваливающуюся набок, сразу становилось очевидно – это именно Веня, и никто другой.
«Опять отрабатывает тех, с кем мы встречались, – понял Бабкин. – Либо пытается совместить старую информацию с недавно полученной».
Тем временем Илюшин засунул фломастеры в коробочку, оставив под рукой только черный, и посмотрел на Сергея.
– Все, – устало сказал он, планомерно переворачивая каждый лист вниз рисунком или текстом. – Перерыв.
