Старуха с округлым щеками и темным цветом кожи, словно медная тарелка, наблюдала за дробящимся перевернутым месяцем. Джунгли готовились к проливному дождю, создавая мистический хор из визгов обезьян, треска водопадов и чудесных птиц. Мгла накрывает океанские пространства, а звезды мерцают на темном свете луны....
Создавалось впечатление, что местная религия – это взлелеянная лень, к которой каждый обитатель этих мест относился с серьезностью опытного гурмана. Ленились все – дремлющие на солнце продавцы сувенирных лавочек, разомлевшие от фруктового пива владельцы прибрежных кафешек, туристы, прячущие сгоревшие плечи под цветастыми гавайскими рубахами, тощие южные кошки, похожие на египетские статуэтки. Даже детвора, гоняющая футбольный мяч на пыльном пустыре, двигалась как будто в замедленной съемке. В этом городе один день был похож на другой, жизненный уклад не менялся веками, сезон теплых дождей сменялся засухой, а непроглядная ночь прозрачным маревом рассвета, а времени словно не существовало вовсе.
Мария выбрала недорогой гостевой домик с видом на океан: белые стены, трогательно украшенные разноцветными соломенными веерами, скромная кровать с марлевым балдахином, выкрашенный белой краской дощатый пол, вентилятор.
Перелет длился почти сутки. В самолете ей удалось немного вздремнуть.
– Простите! – Ее разбудил голос соседа, улыбчивого седого американца. – Турбулентность. Я пролил на вас свой кофе. Вы обожглись?
Вздрогнув, Мария ошарашенно посмотрела на него.
– Нет, всё в порядке…
– Но вы так закричали… Еще раз извините. – Он протянул ей упаковку влажных салфеток. – Если позволите, я куплю вам шоколад. В качестве извинения.
– Не стоит, – слабо улыбнулась она. – На самом деле я вам даже благодарна. Мне снился кошмар.
Незнакомый человек подошел к ней на пляже, куда Мария, почти смирившаяся с бесполезностью своей поездки, пришла, чтобы скоротать несколько часов, созерцая спокойный океан.
