Первый выстрел прошил дрищу нижнюю челюсть, пройдя мимо артерий и раздробив кости и хрящи, отделив её от лица, коротышку развернуло на месте и швырнуло на землю. Однако он ещё шевелился. Второй пробил плечо толстяку, разворотив в месиво сустав, руку оторвало, толстяк тупо смотрел на хлещущую кровь, даже не пытаясь зажать рану. Два выстрела, и оба — не туда, куда он метился, цели на месте не стояли, и за то время, что летела каждая пуля, они успели сместиться. Зато третий заряд вошёл куда надо — у амбала на промежности расплылось кровавое пятно.
Павел не доехал до Кейптауна четырнадцать километров, после сытного обеда его разморило, и он решил найти уединённое место, где можно провести денёк в абсолютном одиночестве. Номер в мотеле из пятнадцати домиков, выстроившихся в ряд посреди небольшой возвышенности, стоил в два раза дешевле городского. Возвышенность вырывалась из береговой линии, мыс уходил в океан на семьсот метров, и вода окружала гостиницу с трёх сторон. К тому же рядом с ним, на обрыве над белоснежным пляжем, стояла местная достопримечательность, старый маяк, который тоже сдавался — за три сотни за ночь. Павел посмотрел в сети, что люди говорят про этот мотель и конкретно про маяк, можно было дать две десятки горничной, и та пускала постояльцев на самый верх, в ста двадцати метрах от уровня океана, чтобы полюбоваться на окрестности. С верхушки маяка можно было даже разглядеть некоторые ближние острова, один из которых был застроен коттеджами и причалами для яхт.
Стоянка перед мотелем была практически пуста. Там стояли два байка и один внедорожник. Триста пятьдесят лет назад, когда эту землю начали заселять выходцы с изначальной Земли, через портал протащить машины было невозможно, не позволяли размеры. Их доставляли машинокомплектами, двадцать или тридцать штук, а потом решили, что мотоциклы гораздо компактнее и их не нужно собирать на месте. По сути, все транспортные средства на Острове в той или иной мере повторяли первоначальные экземпляры. Зачем выдумывать что-то новое, если старое тоже неплохо работает.
Тем более если заменить конструктивные части из стали на сплав титана, алюминия и ванадия, первых двух металлов на Парадизо было столько, что хватило бы на сотни миллионов машин, чего не скажешь о железе.
Павел машины не любил, ему куда больше нравился открытый всем ветрам байк, даже в сезон дождей.