Освободитель — читать онлайн бесплатно полностью

Курт сразу же начал:

– Серж, разреши мне на поединок выйти!

– Серж, я больше имею права! – встрял Макс.

Мы переглянулись с Ароном и опять заржали.

– Яг, объясни товарищам-героям, почему я буду поединок сам проводить.

Яг увлёк братьев с собой вперёд:

– Макс! Курт! Его карательство решил показать не только то, что он умный, но и еба…, – увернувшись от моей затрещины, Яг закончил быстро: – Сильный! Невероятно сильный и ловкий.

Я с досадой поморщился. Всё-таки прилепилось грёбаное прозвище «его карательство». Теперь попробуй отучи обалдуев. Хотя, как их отучишь? Чем больше запрещать, тем чаще будут произносить. Запретный плод – в Киеве дядька! Или как там оно говорится?

Площадка для дуэлей была квадратной, примерно десять метров каждая сторона, и находилась сразу за храмом. Поверхность земляная, в отличие от площади, выложенной булыжником. По краям площадки столпилась куча зрителей. С двух сторон оставили проходы. По одному из них мы и прошли. Наши противники уже ожидали с противоположной стороны. Барон Ритейр сосредоточенно разминался, демонстрируя кошачью ловкость и гибкость. С голым торсом он крутил клинком, и мышцы под его кожей бугрились. Время от времени барон посматривал на нас, видим ли его силу и быстроту. Всё понятно – класс млекопитающие, вид – понтовик-затейник обыкновенный. Жути нагоняет перед схваткой. Пытается сразу преимущество получить. Видели мы и не таких в боксе. Понтовиков заставить нервничать легче лёгкого. Всё что нужно – спокойствие и уверенность показать.

Я неторопливо достал трубку и стал набивать табаком. Потом столь же неторопливо раскурил, демонстративно не глядя в сторону разминающегося противника. Лесанийские дворяне с восхищением смотрели на моё поведение. Многие думали, что я уже смирился с поражением, а курение – лишь полное равнодушие к жизни и смерти, плюс железные нервы. Ага, щаз! Так я и дал себя победить. Да ещё какому-то заносчивому дуэлянту, только и знающему, что железкой размахивать, да дворян ранить или на тот свет отправлять.

В это время от графа Вотикуса направился к нам долговязый юноша лет двадцати от роду. Подошёл он довольно развязно, и спросил:

– Вы не желаете пойти на мировую? Граф Эрнольд великодушен, и готов принять извинения.

– А разве я бьюсь с этим вашим Эрнольдом? – деланно громко изумился я: – Он получил по морде, и прячется за чужие спины.

Дворяне, отлично услышавшие мои слова, грянули хохотом. Те, что поближе к нам, ржали от души, взахлёб, весело. Те, что стояли поближе к графу тоже смеялись, но поглядывая, всё же, в сторону Вотикуса и Ритейра.

– Но граф… – проблеял растерявшийся секундант.