После победы над врагом Красной Армии верхушка Третьего Рейха ищет способы избежать полного разгрома. Командующий Балтийским флотом Трибуц наблюдает за развитием событий на фоне военных действий. Начинается напряженная игра, где судьба Финляндии и СССР зависит от стратегических решений.
Раздел Chitat.online для книги «Освободительный поход» помогает быстро понять, что это за произведение: автор, жанровая привязка, описание и полный текст собраны на одной странице.
После победы над врагом Красной Армии верхушка Третьего Рейха ищет способы избежать полного разгрома. Командующий Балтийским флотом Трибуц наблюдает за развитием событий на фоне военных действий. Начинается напряженная игра, где судьба Финляндии и СССР зависит от стратегических решений.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
После победы над врагом Красной Армии верхушка Третьего Рейха ищет способы избежать полного разгрома. Командующий Балтийским флотом Трибуц наблюдает за развитием событий на фоне военных действий. Начинается напряженная игра, где судьба Финляндии и СССР зависит от стратегических решений.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Похоже, «Освободительный поход» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
Впрочем, вы вполне в состоянии избежать грядущего кошмара, если согласитесь на предложенные вам условия и не будете доводить дело до крайностей…
Турецкие дипломаты еще раз переглянулись, после чего Нуман Меменчиоглы произнес:
– Господин Молотов, у нас нет полномочий для того, чтобы вести переговоры на указанных вами позициях. Прежде чем я дам вам ответ, я должен связаться с президентом Инёню и запросить у него инструкций. По этой причине я вынужден просить Вас перенести наш разговор на сутки и продолжить нашу встречу завтра в это же время.
– Хорошо, господин министр, – согласился Молотов, – но только помните, что каждый час вашего промедления приближает окончательное уничтожение турецкого государства.
Уже позже, на следующий день, стало известно, что после получения ответа из Анкары в тот же день турецкий министр иностранных дел ушел в выделенную ему комнату и принял яд. Он просто не мог поступить иначе – ведь прямо на глазах рушилось дело всей его жизни.
Всю прошедшую неделю бывшая Великая Княгиня обдумывала разговор с госпожой Антоновой и чувствовала себя примерно так же, как Иисус Христос, возведенный на гору, с вершины которой ему показали все царства земные и небесные.
«Только вот ведь в чем дело – и я не Христос, и госпожа Антонова тоже не дьявол… – думала она. – Естественно, что большевики, то есть их руководство, хочет, чтобы те люди, которые называют себя Романовыми, лояльно относились к их власти и к той стране, которая была их вотчиной на протяжении трехсот лет. И это при том, что симпатизирующий Гитлеру Великий Князь Владимир Кириллович выглядит до предела несимпатично, а с точки зрения законов Российской империи, и в самом деле является банальным незаконнорожденным, сиречь ублюдком».
И даже если признать юридическую силу за указом ее брата Никки, задним числом признавшим законность брака Кирилла Владимировича и британской принцессы Виктории-Мелиты… Одно только участие в февральском мятеже против законной власти злосчастного семнадцатого года и дефилирование перед революционной толпой с красным бантом на груди ставят крест на моральном праве этого человека и его потомков не только претендовать на титул главы Дома Романовых, но и просто называться порядочным человеком. И надо же, при катастрофе броненосца «Петропавловск» адмирал Макаров, умница и военный гений, погиб, а это дерьмо (крепкое словцо для нее) выплыло – только для того, чтобы еще тридцать четыре года отравлять жизнь окружающим людям.
При этом Ольга Александровна не сомневалась, что в любой момент, когда этого захочется большевистскому вождю, ветвь Кирилловичей может прерваться так радикально, как будто ее никогда и не было.
