В мир Освобожденного — места где каждый новый день наполнен необычными случайностями и невероятными открытиями. Отпуск в Таиланде перерос в шокирующий приключений сюжет, когда главный герой оказывается на грани жизни и смерти благодаря чудесному стечению обстоятельств. В этих страницах ты найдешь дрожь от жары моря до тепла ночного лагеря, а также потрясение от того, как один случайный взмах руки может изменить судьбу человека forever....
– Док, неужели все так плохо? Вы смотрите на меня, как будто я ходячий мертвец! – спросил Миха, закинув рюкзак за спину.
– Ну, не настолько все плохо, – грустно усмехнулся Фан, – жить ты будешь. Но вот вопрос – сколько.
– Док, ты меня пугаешь, – спросил Миха.
– И не думал, просто констатирую факты, – ответил Фан. – Суди сам, печень еле функционирует, такое впечатление, что ты употреблял в пищу не еду, а химию! А пищевод – кислоту, что ли, пил?
«Было дело, – подумал Миха, – не говорить же доку, что лет десять ел всякие там ролтоны и дошираки, пил растворимый кофе со вкусом горелой древесины».
– Из твоих легких можно смолу добывать, хотя пятен осталось мало, зато рубцов полно, – продолжал док.
«Курить я начал еще в шестом классе, – вспомнил Миха, – было дело».
– Связки на руке и ногах порваны, – читал показания диагноста док, – да и по голове, похоже, тебе досталось, участок мозга деградировал. Вот нейросеть и сбоит. Прежде чем ее ставить, нужно было вылечить.
«Ну руки-ноги понятно, армейка след оставила, – рассуждал Миха, слушая дока, – голова – это в ранней юности на стройке выпал из окна первого этажа, неудачно так выпал на кучу кирпичей».
– На руке у тебя плохо сросшийся перелом, да шрам еще виден, что молчишь? – спросил док.
– Так вспоминаю я, док, – ответил Миха, – вспоминаю, что-то я помню, а что-то нет. Я же ведь дикий, да и еще этот имплант на память…
– Дак и мы не пик развития, – хихикнул док, – вы там у себя все еще воюете?
– О! Еще как! – ответил Миха.
– Понятно, – и док продолжил: – У тебя содержание тяжелых металлов в организме просто чудовищное, все внутренние органы изношены, как будто ты прожил не на родной планете, а на планете для экстремального выживания. – На что Миха лишь пожал плечами. – Ладно, Миха, организм мы тебе поправим, хотя тебе придется потратиться. Нейросеть тебе когда активировали, фоновый режим практически заблокировали, оставили всего пять процентов мозга под задействование. Разгон адмы используют минимальный, им же важно, чтобы качать из своих служащих максимум.
"– Док, мог бы не предлагать, – ответил Миха, – я ведь и сам допер, что адмы мутят воду. Значит, я готов. И я правильно понимаю, в итоге буду полностью здоров?
– Насколько это позволяют современные технологии, – ответил док, – только одну проблему тебе придется решать самому. – Док рассмеялся. – Проблему с женским полом.
