Сеню, прямо в губы, отчего девочка хватается за его предплечья, едва ли не падая. Кирилл видит, как тянется навстречу, как губы растягиваются в улыбке, как прижимается своими треклятыми губами к его, целуя.
Надо отвести глаза, чтобы не казаться законченным мудаком, но внутренний демон призывает смотреть так долго, чтобы стало ещё хреновее, чем от выкуренной сигареты. Чтобы лёгкие скрутились в узел, не давая сделать вдох.
Ты же был учителем. Что тебе не нравится? Дал неплохой урок, после которого девочка почувствовала себя увереннее и раскрепощеннее. Это всё. Твои услуги больше не нужны. Дальше справится сама.
Когда Кирилл проходит мимо, всё же переводя взгляд с парочки на уличную пустоту, становится лучше. Мерзко сосёт внутри, побуждая повернуться, но ощущает всем своим телом, как карие глазки сверлят спину, поэтому едко усмехается, решая не совершать тупых действий.
Сеня отстраняется от Ромы и внимательно смотрит на него максимально искренним и удивлённым взглядом. Явно не готовая к тому, что парень проявит публичные отношения, которые не остались незамеченными.
Незамеченными Кириллом, который прошёл мимо ни разу не обернувшись.
Внутри всё сворачивается в трубочку. Не понимает от чего: от радости, что с ним всё в порядке, или от чувства некого предательства из-за поцелуя.
А она смотрела в его спину так долго, что даже не заметила, как Рома снова потянулся, чтобы поцеловать её. Сеня резко отпрыгивает, ошпариваясь, и виновато косится на Рому.
— Я не привыкла к такому, — честно признаётся. — Что ко мне проявляют такое внимание, — делает акцент, всё же отворачиваясь от спины в чёрной толстовке, и смотрит на Григорьева. — На людях.
— Привыкай, потому что так теперь будет всегда, — довольный, как кот, сообщает Рома.
И если бы не зудящее под ногтями желание догнать Кирилла и спросить, где он пропадал и почему игнорировал Сеню, то, может, реакция была бы немного другой. Но неточно. Не удивлённо вскинутые брови и сомнительная расплывающаяся на губах улыбка.
— Да? — и уточняет, когда слышит внутренние противоречия.
И Рома наклоняется, оставляя лёгкий поцелуй на губах, который не заставляет гореть внутренности. Сеня мысленно гнетёт себя за то, что не чувствует ничего.
— Прогуляться в выходные не желаешь?
— Э-э-э, — мозг начинает крутиться, словно белка проснулась и готова начать мыслительную деятельность. — Я, возможно, уеду из города. Может, спишемся?
— Хорошо, напишу тебе.
