Автор
Главный герой дает клятву Богу спасти свою жену Мари из комы. Когда она приходит в сознание, ее память стерта, и она не узнает мужа. Ему предстоит завоевать ее сердце заново, но старые тайны угрожают их воссоединению. История о том, как любовь преодолевает забвение и боль.
— Ты поняла, Мариям?
Напряженно посмотрев в черные глаза, я, в конце концов, отвела взгляд и кивнула. Только тогда муж отдал мне блокнот.
— Уже поздно. Идем спать, — велел он, отступая от меня.
Однако я спокойно возразила:
— Я не устала.
Адам резко замер и взглянул на меня так, словно ослышался.
— Если хочешь, иди. Я пока еще здесь посижу…
Будто желая опередить его реакцию, я отвернулась и невозмутимо направилась к столу возле окна. Однако и два шага не успела сделать от мужа. Поймав за локоть, он дернул меня к себе и выхватил блокнот из рук. Через секунду тот со стуком приземлился на стол, а я оказалась в стальных объятиях.
— Я знаю, что ты делаешь, — сдержанно констатировал Адам, сжав мои волосы в руке, чтобы зафиксировать голову. — Только это ничего не изменит, Мариям.
— Я просто хочу побыть одна!.. — возразила я, пытаясь отстраниться от него.
Муж склонил свое лицо близко к моему, и предостерег:
— Не желаю слышать этого, когда я рядом. Чего ты добиваешься? Хочешь испортить то, что есть между нами?
Не выдерживая его взгляда, я опустила глаза и признала:
— Нет. Не хочу… — Сердце застучало быстрее. В следующий момент я тихо и с надеждой вставила: — Но это же мои родители Адам!.. Ты должен меня понять…
— Нет, это ты должна понять, — оборвал он меня, не повышая тон. — Я делаю все, чтобы оправдать тебя. День за днем, час за часом — внутри меня идет чертова борьба. Но их обману у меня нет оправдания! И нет желания искать его.
В груди неприятно дернуло. Я понимала, что иду по самому краю, что уже в шаге от того, чтобы разрушить то, что выстроилось между нами! Но все равно выпалила, не контролируя желание оправдать родителей:
— Они не знали, что я не сказала тебе правду!..
Желваки заиграли на мужском лице. Медленно потянув мои волосы, Адам коснулся кончиком носа моей шеи и провел вверх до края уха. Затем членораздельно и непреклонно отрезал:
— Я не хочу больше об этом говорить.
Мужские губы вдруг захватили мочку, провоцируя неожиданную дрожь в теле. Прочно удерживая меня в тисках, муж принялся обжигать дыханием чувствительное место, целовать его, задевая языком маленькую воронку.
Сглотнув, я вцепилась в стальные плечи Адама, когда он заставил меня пятиться. Несколько мгновений и я врезалась бедрами во что-то. В следующий момент оказалась спиной к мужу, который принудил меня опереться ладонями о стол. Они легли как раз возле блокнота.
36
Тесно обвив рукой талию, Адам сгреб мои волосы в сторону, и я ощутила пьянящий поцелуй в шею.
