Кожа красная, покрылась волдырями от середины лодыжек и до ступней во многих местах. На левой ноге особенно.
Сделав жене обезболивающий укол, седовласый врач глянул на меня из-за плеча и предложил:
— Вы можете выйти.
— Нет, — отказался я.
— Правда — вам не помешает подышать. Ожоги первой-второй степени. Госпитализации не требуется. При правильном лечении даже следов не останется.
Хмуро взглянув на Мариям, которая лежала на изогнутой кушетке в напряженной позе и сонно прикрывала веки, я настороженно спросил:
— Почему она молчит все время?
Мужчина повел плечами, словно в этом не было ничего такого.
— Все ее реакции заторможены. Последствия шока. Но вам не о чем беспокоиться, я вколол сильное успокоительное — она придет в себя.
Устало потерев лоб, я покачал головой.
— Полгода назад она попала в аварию. Пролежала в коме несколько месяцев. Это может сказаться?
В теле прошел жар, когда я взглянул на озадаченного мужчину. Он подошел к жене, повернул ее голову и уже второй раз посветил в глаза фонариком.
Она зажмурилась, попыталась отвернуться. Мне показалось это хороший знак.
— Конечно стрессы крайне нежелательны в восстановительный период, — заключил врач, убирая фонарик и продолжая смотреть на Мариям. — Сейчас я не вижу ничего настораживающего, но… Вам стоит проконсультироваться с вашим нейрохирургом в ближайшее время.
Подавленно кивнув, я испытал резкое желание закурить. Страх и чувство вины, начали неимоверно давить на грудную клетку.
— Пожалуй, я все же выйду, — отстраненно сообщил я, поднявшись со стула.
Пребывая в густом мороке мыслей, я вышел из палаты и, плотно закрыв за собой дверь, двинулся прямо по широкому белому коридору, который в конце сворачивал к выходу. Однако едва успел дойти до середины, как оттуда показалась грузная фигура в белом халате.
— Он здесь! — громкогласно сообщил дядя кому-то и торопливо зашагал ко мне."
"Через пару мгновений в коридоре возникло еще несколько человек. Патимат, ее явно ничего не понимающий муж со спящим Ирисханом на руках, и Динара в компании какой-то родственницы.
Затормозив, я ошалело уставился на всех них.
— Вы как нашли меня? — бесцеремонно обратился я к подошедшему дяде.
— Что за вопросы такие, Адам? — с упреком ответил он. — Как будто нам нельзя приехать.
Запыхавшаяся Патимат уже оказалась рядом и затараторила:
— Это я догадалась! Мариям же здесь лежала? Мы зашли, спросили, не поступала ли такая девушка и нам вот… подсказали куда идти.
