Здесь прекрасно слышались голоса из камер по соседству: гогот, ругательства, а еще нос раздражал отвратительный запах, исходящий от туалета.
Нерешительно шагнув к койке, я схватила пакет с бельем и, прижав его к себе, неловко села на твердую поверхность. Только бы не выключали свет… Лампочка под потолком светила ярко, но я нуждалась в этом свете, чтобы совсем не умереть от страха!
О сне и подумать не могла. Продолжала сидеть на узкой койке возле матраса, прижимая белье в руках, как щит. Мне было так не по себе, что в один момент я даже поймала себя на мысли… Странной мысли, которая могла появиться только в стрессовой ситуации!
Может зря я ничего не сказала о муже? Может не так уж и плохо, если бы полицейские нашли его?
На фоне всего происходящего Адам перестал казаться мне таким уж большим злом…
Несмотря на ужасную обстановку, скоро мое сознание начало проваливаться.
Явь смешалась со сном, голоса заключенных приглушались, и мне чудилось, будто я вовсе не в камере, а в спальне…. Большой комфортной, дорого отделанной.
Там мягкая кровать, там приятно пахнет, там тепло и сухо…
Резкий лязг заставил меня очнуться. Я поняла, что уже лежу на свернутом матрасе и что дверь в камеру только что открылась! Но не поверила, когда увидела лицо вошедшего мужчины в дорогом коричневом пальто…
Адреналин подскочил в крови. Торопливо поднявшись с койки, я попятилась и едва не упала, споткнувшись о пакет с бельем на полу. Меня всю трясло от слабости и недосыпа, и вид Адама устрашал! Может это сон?.
. Просто кошмар?
— Узнаете? — услышала я вдруг вполне реальный голос Магомедова, который показался сзади.
Кажется, он нервничал.
Адам медленно повернул голову и в упор посмотрел на полицейского. Ничего не сказав, снова взглянул на меня и начал приближаться.
Дыхание перестало поступать в легкие. Даже представить не могла насколько он зол!.. Что он может сделать со мной? Как накажет?
— Я хотела к маме… — произнесла я вдруг, подобравшись и втиснувшись в угол до боли, когда муж оказался совсем рядом.
Он опустил глаза и медленно обхватил пальцами мое предплечье, заставляя отлепиться от стены.
— Пойдем.
Однако я не поддалась, и Адам замер.
— Я-я хочу к маме!.. — повторила я, глядя на него сквозь пелену слез.
Настырно посмотрев мне в лицо, муж неожиданно сказал:
— Хорошо. Завтра я привезу ее.
От удивления я даже растерялась. И не поверила.
— Обещаешь?..
— Обещаю, — серьезно ответил он.
Мужская рука сжала мою ладонь крепче, и я подчинилась.
