"
"Очевидно, этому мужчине прежде никогда не приходилось быть нянькой, если он думал, что это нетрудно, но в мои намерения не входило говорить ему об этом. Я отчасти c нетерпением ожидала увидеть, как он будет справляться с трехлетним ребенком и младенцем.
– Отлично, но не говори, что я не предлагала тебе уйти.
Идеальное, симметричное лицо Ивана сморщилось, когда мы остановились у входной двери.
– Доверься мне, мы всего лишь присмотрим за детьми. Не боги горшки обжигают.
Я слегка толкнула его локтем как раз перед тем, как протянуть руку и постучать в дверь.
Он в ответ толкнул меня локтем.
Как, черт возьми, мы до этого дошли?
Моя проклятая машина не завелась. Опять. А мой дядя не ответил по телефону, когда я позвонила ему, и я точно не могла позволить себе вызывать эвакуатор. Я пыталась экономить деньги на кучу билетов и гостиничных номеров, кроме того, я оплачивала свое питание, страховку, счет за электроэнергию, что являлось частью моей «арендной платы», и другие ежемесячные расходы. Как раз в тот момент, когда я раздумывала, кому позвонить и попросить забрать меня, послышался надоедливый гудоооок, продолжавшийся, возможно, секунд десять, я подпрыгнула от неожиданности, услышав первый раздавшийся в воздухе сигнал, доносившийся от классического черного автомобиля. Вслед за гудком с водительской стороны опустилось стекло, и над ним возникло очень знакомое лицо.
– Опять проблемы с машиной? – спросил сидевший за рулем Иван, его глаза были прикрыты темными очками.
Я вздохнула, потом кивнула.
– Тебе нужна новая.
Я только посмотрела на него.
– Да, я займусь этим.
В ответ он состроил гримасу.
– Садись.
– Я – не домой, – сказала я ему.
Темные очки были направлены прямо на меня, а челюсть подергивалась. Потом:
– Что? У тебя любовное свидание?
– Нет, болван, сегодня вечером я сижу с детьми.
Выражение его лица мгновенно изменилось, но мне было не до него.
– Я еду к сестре, – закончила я, напоминая ему о том, о чем мы с Руби говорили буквально неделю назад в его присутствии.
Иван кончиком пальца сдвинул очки на лоб.
– Так садись же.
– Это дальше, чем мамин дом.
– Насколько дальше? – неторопливо спросил он.
Я назвала ему район города и увидела, что он состроил гримасу.
– Как долго ты собираешься пробыть с детьми?
– Примерно четыре часа, – сказала я, слыша сомнения в своем голосе, главным образом потому, что думала, куда он, твою мать, намылился, если его интересует, сколько это займет времени.
Потом он задумчиво произнес:
– Хорошо. Одну секунду. – Должно быть, он достал телефон, потому что следующее, что я поняла, это то, что он, сфокусировавшись на своих коленях, сказал: – Еще одну секунду.