– Господа! Вам не кажется, что вы пытаетесь нас втянуть в авантюру! Что мы с этого будем иметь, кроме ухудшения отношений с США, которые и сейчас не самые тёплые? И где гарантии того, что образцы поставленных вооружений не окажутся в той же Америке?
– Об этом мы и хотели бы переговорить! Мы готовы, ради сохранения Австралии, разрешить базирование ваших М-3 и Су-3 на шести базах в Австралии и двух в Новой Зеландии. То есть включить Австралию в систему Европейской системы безопасности! И мы разрешим вам хранить на этих базах ваше ядерное оружие. Договор на пять лет, с пролонгацией по умолчанию на следующие пять лет, если за год до истечения срока не заявлено об отмене. Содержание ваших баз пойдёт из бюджета Соединённого Королевства и Британского Содружества по нормам РАФ. В этом случае у нас появится шанс сохранить наши доминионы. С Его Величеством вопрос уже согласован.
– Давайте ваши предложения, я съезжу в посольство и свяжусь с товарищем Сталиным. Попробуем решить вопрос о присутствии здесь товарища Громыко."
"Через день прилетел Громыко, и мы провели три раунда переговоров с Великобританией. Но, для включения Австралии и Новой Зеландии в ЕСБ, требовалось собрать Совет Безопасности Европы и получить 75 процентов голосов в поддержку данного вопроса. Великобритания «брала на себя»: Голландию, Данию, Бельгию, Исландию, Люксембург и Ирландию. А мы должны были решить вопрос с южными, северными и восточными странами. И попытаться договориться с Францией. Венгрия, Германия, Италия и Польша голосов в Совете не имели.
По возвращении домой, прямо на аэродроме, как во время войны, состоялось награждение участников первого международного авиасалона орденами и медалями. Награды вручали Молотов и Шверник. Не знаю, кто это придумал, но получилось очень торжественно и красиво. Особенно для молодых участников, а их было почти половина, такое «приближение к боевым условиям», конечно, запомнилось.
Сталин, обсудив прошедшие переговоры, приказал форсировать строительство М-3, их разместили на трех заводах: в Казани, Ташкенте и Новосибирске. Задача была архисложная. Но по три машины в месяц начали делать. Всего серию мы ограничили 56 машинами. Время массовых бомбардировщиков ушло. Я видел, как Сталин внутренне сопротивляется этому решению, но в вопросах авиации он мне доверял.
– Сколько машин полетит в Австралию?
– 24 М-3 и 128 Су-3. Три бомбардировщика на каждую базу и эскадрилья прикрытия.
– Хватит?
– Конечно! За полгода справимся.
– Так долго? Англичане не станут так долго ждать!
– Сейчас перегоним первый полк Су-3, начнём готовить капониры и противоатомные убежища для всех машин. А это – время! Но так как договоренность существует, хотя и предварительная, вторая машина завершает лётные испытания.