Автор
Наступает третий день сентября, и Вадим опаздывает, как никогда прежде. Катя сидит у окна, обводит глазами ленту новостей в телефоне, улыбаясь сама себе. Она вспоминает их последнее свидание — белые розы на столике, оперу, они оба красивые и счастливые, ночь полна нежной страсти. Может быть, лучшее было уже в прошлом....
Катя злобно взглянула на побелевшего бывшего мужа.
— Да, я знаю, что ты меня обманывал. Детей у нас быть не могло, но ты молчал, упивался моей болью и молчал. Себя обелять не стану — пять лет нашего брака у меня был любовник, Артём об этом знал. Звонил ему каждый раз, как я ложилась в кровать после выкидыша и больше не вставала. Да, мама, вот такая у нас была семейная жизнь — он отдавал сломанную куклу другому мужику, чтобы он её починил и вернул обратно. Не этому вы меня с папой учили, да? — хмыкнула она.
Катя перевела свой бешеный взгляд на мать, которую будто ударили по голове, и ей впервые было нечего сказать.
— Как и тебе мама, я ничего не должна. Я свой дочерний долг нелюбимой дочерью отработала. У меня теперь будет своя семья. Я беременна, в восьмой раз, двойня, хотела радостью поделиться. Но теперь понимаю, она только моя, Вадима, да папина. Спасибо за поддержку, мама. Запомни меня такой, больше не увидимся! Мир не крутится вокруг меня, потому что он, пиздец, как тобой занят!
Катя резко развернулась и ушла из кухни, где её мать так и осталась стоять, будто оплеванная.
* * *Она выбежала на морозный воздух, не попрощавшись с племянниками, Вадим вышел за ней следом и открыл переднюю дверь автомобиля. Катя не успела сесть, как к ней подбежал её отец и схватил за плечи. Она повернулась и он обнял её, сильно прижав к себе.
— Катя, извини, совсем я её разбаловал, несёт не пойми что!
— Папа, хватит постоянно искупать свою вину, за то, что ты сделал один раз и так давно! — всхлипнула Катя.
— Я понимаю, я с ней поговорю! Сейчас только к Боре сбегаю за ружьём, и порядок в доме наведу, — вздохнул её отец. — Ты только не плачь, тебе нельзя. К бабушкам сходи в гости, они тебя ждут.
Катя села в машину и откинула голову на кресло, прикрыв глаза и стараясь успокоиться. Слёз не было, нервов тоже, только пустота внутри.
