Автор
Наступает третий день сентября, и Вадим опаздывает, как никогда прежде. Катя сидит у окна, обводит глазами ленту новостей в телефоне, улыбаясь сама себе. Она вспоминает их последнее свидание — белые розы на столике, оперу, они оба красивые и счастливые, ночь полна нежной страсти. Может быть, лучшее было уже в прошлом....
Перед выходом она улыбнулась девушке в красном платье, что смотрела на неё из зеркала:
— Улыбайся, доченька! Никому твои слёзы и проблемы нахрен не нужны! — изобразила она голос своей мамы, коуча по жизни. — Придёшь домой — поплачешь в туалете, а потом снова будешь улыбаться!
Примерная дочь всё ещё слушала свою маму и следовала её советам, хотя они давно перестали работать.
* * *Вадим терпеть не мог такие мероприятия, лучше провести неделю на стройке с утра до ночи среди рабочих, чем несколько часов среди общества, которое считает себя элитой.
Наконец, занавес открылся, шквал аплодисментов и перед его глазами пролетел первый акт постановки.
Сегодня Таня как будто пыталась с ним флиртовать, осторожно калибруя его реакцию, только её не было, ни на её попытку взять его за локоть, когда они поднимались по ступеням к дверям театра, ни на её попытки с ним обсудить первый акт.
— Таня, развлекайся. Меня развлекать не надо. Я пригласил тебя, как коллегу, которая немного успела принять участие в проекте, помогала Катерине Викторовне, — ответил Вадим на её очередную реплику в антракте.
Больше она к нему не приставала. После премьеры — праздничный фуршет в арт-кафе здания театра. В фойе была организована небольшая танцевальная зона, импровизированная сцена с живой музыкой и певицей.
