В зале Малого Королевского Совещания бушует недовольство, когда старший брат сорвавшись с руки выделяет нешуточное огненное заклинание. Патрик идет напропалую над теми, кто считает его слишком трусливым. Сын Нептуна в ужасе наблюдает, как огонь разрывается на столе, пугая всех присутствующих. Жар вздыбляет воздух и мгновенно выворачивает лица собравшихся — но она лишь поморщится, задумавшись о возможности прекратить этот кошмар....
Эта мысль оказалась неожиданно приятной, а от одобрительного взгляда Риона по телу разливалось тепло, которому я решила не сопротивляться.
Позже, сказала себе. Я подумаю обо всем позже!
Пока что мне хотелось расслабиться и ни о чем не думать — ни о старой вражде между нашими странами, ни об Энтропии, ни о том, что Луна с самого начала поездки завела старую песню, утверждая, что кроме Шторма другого дракона ей и не надо. Я даже с Матиасом не стала разговаривать — едва вырвалась из-под купола, связалась с братом мысленно, коротко уведомив его, что у нас с Патриком все хорошо.
А еще Матиас спрашивал, когда мы вернемся домой.
«Скоро! — пообещала ему. — Уже очень-очень скоро».
Хотя здравый смысл подсказывал, что уехать из Улайда так просто у меня не получится. Мне все же стоило задержаться и разобраться в том, что произошло в Каминном Зале. Подействовал ли на меня древний артефакт, почему Рион настолько уверен в собственных чувствах, а моя драконица ведет себя так, словно уже выбрала себе Пару на всю жизнь, тогда как я еще ничего не решила.
Но думать об этом сейчас не хотелось. Я собиралась провести приятный вечер в обществе принца, решив, что заслужила немного покоя.
Пережила покушение. Вывела на чистую воду Мелину. Вильям тоже выжил, и архимаг Растен как раз перед нашей прогулкой заявил, что мой страж очень скоро поправится и вернется в строй.
"К тому же путешествие ожидалось пусть и длинным, но крайне увлекательным — около двух часов в лодке по горной долине, затем Рион планировал пристать к берегу, где нас будет ждать ужин. После чего по тропинке мы сможем дойти до Марского Водопада и полюбоваться на одно из чудес света, а затем уже вернуться на крыльях в Старый Замок.
И пусть где-то глубоко внутри зудящий голосок твердил, что очень скоро эту реку, эти зеленые кусты и плакучие ивы, ронявшие в воду длинные ветви, и этих цапель — черных и белых, — пристально наблюдавших за нами с веток, и мелких пичуг, провожавших лодку встревоженным щебетом, и эти древние скалы, видавшие еще начало мира, — все сожрет Радужная Энтропия…
Но я запретила себе об этом думать.
Вместо этого смотрела в воду и по сторонам, а еще немного на Риона, который уверенно греб, удерживая лодку на середине реки. Думала о том, какой он все-таки… привлекательный.
