В роскошном саду раздается веселый смех девочек. Я забыла про экзамен и укрылась в тихой беседке. Но мое отсутствие заметили — теперь передо мной стоит выбор: пересдача или еще хуже. В воздухе кипит напряжение, а атмосфера ставится на волосок между шумным весельем и неудачей....
– Кем надо быть, чтобы поднять мертвую и…
Почему, почему он оказался таким самоуверенным болваном! Все же так просто! Некроманты не могут жить без чужой силы, а талант к магии исцеления делает человека очень сильным донором, от которого можно питаться долго, очень долго. Мелани – талантливый целитель. Была… Пойми он сразу, что гончая шла за Мелани, – всех подчиненных Гримани бы на уши поставил, сам носом бы землю рыл, но нашел бы, кому так понадобилась девушка, и выяснил зачем. И Мелани была бы жива.
Если бы он понял сразу!
Если бы не твари, которых не мог удержать никто, кроме императора!
Если бы он не истощился в битве так, что провалялся без сознания невесть сколько.
«Если на теле нет ран и признаков разложения, еще не все потеряно».
– Ты спятил!
Он тоже хотел бы повернуть время вспять. Но мертвое – мертво, а Эрвин, очевидно, сошел с ума, потеряв истинную.
«Я видел ее в Мороке».
– И после этого говоришь, что не все потеряно?!
Морок – магическое отражение мира, откуда маги берут силу.
«Она, сама не понимая, что делает, ускользнула туда, когда некромант попытался ее подчинить. Я не смогу провести ее обратно. Ты – возможно. Если осмелишься шагнуть в Морок и если она согласится вернуться».
– Как? – выдохнул Робин, веря и не веря одновременно.
«Я могу проводить тебя к ней. Но вывести ее в мир людей может только человек.
«Плевать. Все мы там будем, а топать к Всевышним вдвоем куда веселее».
«Тогда иди за мной».
«Как?» – хотел было спросить Робин, но в следующий миг ощутил словно легкий толчок в спину. На миг он потерял ориентацию, а потом под ногами развернулась тропа. Робин оглянулся на два тела в кресле и шагнул вперед.
Чтобы через три шага тропа исчезла, а Робин обнаружил себя посреди нигде. Чернота, в которой то и дело попадалось что-то вроде фонариков, которые поджигают, запуская в воздух, и они плывут, излучая в темноте ночи нежный жемчужный свет.
Над головой пролетел золотой дракон. Робин впервые видел его со стороны, и от восхищения перехватило дыхание.
