В роскошном саду раздается веселый смех девочек. Я забыла про экзамен и укрылась в тихой беседке. Но мое отсутствие заметили — теперь передо мной стоит выбор: пересдача или еще хуже. В воздухе кипит напряжение, а атмосфера ставится на волосок между шумным весельем и неудачей....
А время? Сколько бы это заняло времени?
Что сказали бы, узнав о подобных «пробах», родители девиц, я и вовсе не стала упоминать. Не все же такие, как мой отец.
– Так отбор и длился… – Она осеклась под строгим взглядом распорядителя.
– Что ж, начнем, дамы, – провозгласил тот.
На какое-то время воцарилась неразбериха. Сперва нас выгнали в длинный коридор, по очереди отводя то к одной, то к другой стене. Потом распорядитель, прохаживаясь вдоль выстроившихся девушек, менял нас местами. Снова ходил туда-сюда и снова переставлял.
– Через четверть часа его императорское величество будет здесь! – возгласил распорядитель.
Одна из девушек, обрадовавшись, отлепилась от стены.
– На место! – рявкнул граф Боул.
Девушка подпрыгнула.
– Но четверть часа… – пролепетала она.
– Вам, дамы, и часа не хватит, чтобы восстановить нарушенный порядок, – отрезал распорядитель.
Девушка слева от меня – та самая, что спрашивала, будем ли мы ужинать с императором каждый вечер, – тихонько застонала. Я посмотрела на ее фарфорово-бледное, без намека на румянец лицо, бисеринки пота на лбу.
– Вам нехорошо?
– Нет-нет, все в порядке. Просто ноги онемели. Слишком узкие туфли…
Да уж, дамские туфельки не предназначены для того, чтобы в них долго стояли или сидели. Я украдкой бросила взгляд на ноги соседки.
Некоторое время мы простояли, переминаясь с ноги на ногу. Коридор наполнился гулом голосов, благо говорить нам не запрещали. Обе мои соседки, впрочем, не проявили особой разговорчивости, и я только обрадовалась этому, погрузившись в собственные мысли, из которых меня вырвал звук шагов и раскрывающаяся дверь.
– Идут! – прошептала девушка, что жаловалась на туфли. Выпрямилась. И начала заваливаться набок."
"Это не было притворством. Мертвенная бледность лица, пот над губой и на лбу, ледяные пальцы, когда она схватила меня за руку, пытаясь устоять на ногах, – все говорило о том, что обморок настоящий.
Меж тем император уже шествовал по коридору, а следом за ним шли еще люди, сейчас в моих глазах слившиеся в сплошную человеческую массу. Время словно застыло.
