Медленно достает стрелу из колчана и прикладывает к тетиве. Медведь ревет и озирается по сторонам. Выжидает. Меня он еще не заметил.
На его спине острые шипы. Как у роз, только больше. Длинные. И наверняка твердые. Между ними белеет еще один шрам. Треугольники и квадраты, заполненные рунами. Ведьма выжгла заклинание прямо на его шкуре.
И кажется, я знаю, кто должен был защищать жалкую гниющую хибару. Все, что сейчас происходит, — лишь по моей вине. Княжна с легкостью задурила мне голову. А я, идиот, поддался. Должен был остаться вчера в лесу и дождаться появления защитников ведьмы.
Но нет же. Я наплевал на то, что поклялся делать до последнего своего вдоха. Ради ведьмы.
Киваю Саргелу. Он начинает с неимоверной скоростью выпускать стрелу за стрелой. Но хитрая зачарованная тварь умудряется уворачиваться. Несколько стрел все же достигают цели, врезаются в лоб монстру. Но он только громче ревет и размахивает лапами, пытаясь отбросить Саргела.
Замахиваюсь и всаживаю лезвие зверю между лопаток. Горячая кровь брызжет на лицо. Рык такой, что закладывает уши.
Выдираю секиру обратно и замахиваюсь снова.
— Твою ж мать…
Саргел вдруг резко поворачивается к медведю и ко мне спиной. Какого..?
Но через секунду я понимаю, почему он оставляет врага за спиной. Из чащи выходит еще один монстр. Изувеченный заклинаниями медведь ревет и мотает мордой. Он полностью черный. Кривые, вывернутые наружу зубы торчат из пасти.
Сатанинская сука на славу позаботилась о сохранности своей трухлявой избы.
Саргел шарит рукой в пустом колчане и оборачивается ко мне:
— У меня закончились стрелы!
— Вижу!
Он достает пару длинных кинжалов и бросается на второго монстра. С двумя иголками против зверя. Перекрикивая рев, кричу:
— Обращайся!
Он мотает головой и пытается увернуться от когтей длинной с ладонь:
— Там женщины! Я их напугаю.
— Они уже напуганы!
Едва успеваю уйти от огромной лапы, нацеленной мне в голову. Медведь умудряется развернуться и бросается на меня.
Успеваю резануть его по лапе, достаю до живота, но тварь не убиваема. Из ран уже фонтаном хлещет кровь, а он продолжает надвигаться на меня. Выбрасывает вперед обе лапы. Мне удается поднырнуть под них и всадить секиру ему в грудь.
Краем глаза вижу, как отлетает на край поляны Саргел. Его лицо залито кровью, рука вывернута, наружу торчит обломок кости.
Пока я отвлекаюсь на него, медведю удается достать и меня. Когти вспарывают кожу на лице. Кожа лопается, глаза тут же заливает кровь.
Мне даже не больно — я в бешеной ярости. Выдергиваю секиру из его груди. Слишком мало места, чтобы замахнуться. Мои собственные когти вырываются наружу, прорезая кожу. С волчьим рычанием всаживаю их туда, где у твари должно быть шея. Раздираю толстую шкуру, добираюсь до глотки и вырываю ее.