Аглая бросила взгляд на свою мать, которая недовольно покусывала губы. "Почему ты это сделала?" Мать вздохнула и прикрыла рот ладонью: "Твой Ванюша — доктор физико-математических наук. Все время, что он проводил на твоих работах..." Аглая отложила вилку, глаза ее сверкали предвкушением новой загадки и приключений....
Не хватает слишком многого. Того, что она пока не желает мне дать. Но я обязательно добьюсь от нее этого. Знала бы Аглая, каких сил стоило сдержаться и не взять ее, наплевав на сопротивление и отказ.
Хочу вбиться в ее узкое горячее влагалище и трахать до тех пор, пока оба не лишимся сил. А потом усадить ее над своим лицом и пить стекающую влагу. Хочу именно пить. Насыщаться ее вкусом и запахом. Размазывать по губам, ловить ртом и не успевать глотать, чтобы настолько много было ее соков.
Она лежит подо мной. Влажная и нежная.
"Она сказала, у нее был один мужчина. И он использовал ее. А я назвал ее шлюхой. Идиот. Потому что понимаю, что не смог бы выдержать рядом с пугливой девственницей. Она бы бесила меня и раздражала. Наверняка пугалась бы и смотрела с ужасом.
Аглая же не такая. Она… Она как я. И от этого осознания меня будто прошибает молнией, а внутри загорается костер.
До чего же хочется засадить член ей в самое горло, чтобы задыхалась. Чтобы опутала его ниточкой слюны. От представившейся картины, меня тряхнуло. Аглая застонала подо мной, но я не сдвинулся с места.
Не могу ее отпустить. Не могу отдать. И княжеский воевода, и лекарь хотели ее себе. Вырву мразям глотки. Никому не отдам мою ведьму.
Не удержавшись, провел по выступающим позвонкам. Хрупкие, ровные, как горная гряда. Мне тяжело осознавать, но ради не я могу оставить все. Клан не примет ведьму, им будет сложно понять, что она отличается от других чародеек. Я бы мог им объяснить. Но это значило бы раскрыть секрет моей Аглаи и подвергнуть ее опасности. А кроме меня никто ее не защитит. Я не могу так рисковать.
У меня достаточно богатств, чтобы оставить все и обеспечить ей достойную жизнь.
Улыбаюсь, вспоминая, как она обожгла мою кожу. Боль была адской. Бешеной. Но даже это было желанно! Наверное, я извращенец, но я наслаждался каждым моментом. Ее эмоции принадлежали мне. Мне одному. Только я видел ее такой. Я стал первым, кому она показала чародейскую личину.
А еще она признала, что ревновала меня.
