Аглая бросила взгляд на свою мать, которая недовольно покусывала губы. "Почему ты это сделала?" Мать вздохнула и прикрыла рот ладонью: "Твой Ванюша — доктор физико-математических наук. Все время, что он проводил на твоих работах..." Аглая отложила вилку, глаза ее сверкали предвкушением новой загадки и приключений....
Аглая закусила губу, с ужасом осознавая, что Абигель только что описала ее. Она ведь тоже наслаждалась силой и властью, причиняя Дамазы боль. А он все стерпел. И как бы она не твердила себе, что всего лишь пыталась ответить на его насилие, понимала, что испытывала удовольствие, причиняя ему боль.
Аглая не хотела чувствовать себя виноватой. Она поступила правильно. И точка. Не дала ему себя в обиду. Но вот как быть с Денешем и Василиной? Что делать с ведьмами? Она ведь даже не дала Дамазы рассказать, что ему известно.
И без его помощи ей не выстоять… Он ведь предупредил, что ведьмы что-то задумали…
Аглая бросила последний взгляд в зеркало. Еще пару часов назад оттуда на нее смотрела миловидная уверенная в себе княжна, способная получить все, что пожелает.
Сейчас же там пряталась бледная мрачная ворона, только прикидывающаяся человеком. Она осталась одна, потому что собственными руками прогнала того, кто хотел сделать ее своей.
— Идем!
Аглая кивнула Абигель, и та торопливо засеменила к дверям.
У выхода из крепости собрались уже почти все Невесты.
В мужской одежде явились только трое: сама Аглая, леди Жермена, которая преобразилась в лихую разбойницу и еще одна девушка. Аглая не помнила, как ее звали, но это именно она была в команде Мадален.
Аглая понимала ее чувства. Они выглядели странно и нелепо среди разряженной толпы. Но Аглаю это совсем не волновало. Не прячась, она разглядывала посольство Волчьих сыновей, пытаясь найти Дамазы. Как он отреагирует, когда увидит ее наряд? Ему это… понравится? Или наоборот, станет неприятно, что она украла его одежду, а теперь еще и надела?
А может, он возбудится? Тогда они смогут в очередной раз попытаться заключить перемирие.
Но Дамазы не было. Она даже не чувствовала его взгляд, который обычно проникал под кожу. Сердце тяжелым камнем ухнуло вниз. Он не шутил. Ушел. Оставил ее одну. И ничего в нем не дрогнет, если рядом с ней будут другие мужчины?
Громыхнул гром. Над крепостью нависли тяжелые серые тучи. Аглая сжала кулаки, заставляя себя успокоиться."
"В сопровождении маленькой свиты появился один из послов. Тот самый, что проводил вчерашнее испытание.
