Аглая бросила взгляд на свою мать, которая недовольно покусывала губы. "Почему ты это сделала?" Мать вздохнула и прикрыла рот ладонью: "Твой Ванюша — доктор физико-математических наук. Все время, что он проводил на твоих работах..." Аглая отложила вилку, глаза ее сверкали предвкушением новой загадки и приключений....
Слезы все-таки потекли по щекам.
— Нет, пожалуйста… Не надо… Только не так. — В оглушающей тишине зала ее голос звучал слишком громко.
Дамазы не обратил на нее никакого внимания. Абигель тряслась, умоляюще глядя на Аглаю. Неужели по ее вине пострадает ни в чем неповинная девушка?! Аглая не знала, как этому помешать.
— Тебе не выйти отсюда живым. — Балах вдруг начал увеличиваться в размерах. — И девку ты свою не получишь. Я порежу ее на сотню мелких кусков. А ты будешь собирать их по одному, пока они не загниют.
— Лучше бы ты этого не говорил. — Дамазы едва заметно кивнул, и в зал вдруг хлынул бесшумный поток воинов.
Их были десятки… Целая армия. Все в черном, обвешанные оружием. С каменными лицами. Они окружили всех, кто оказался в зале.
Аглая обнаружила здесь и Йелека с топором, и Лазажа с огромным луком, должно быть это он выпустил стрелу, и даже мрачного Коногана с двумя мечами. Они стояли плечом к плечу, заполняя все пространство Темного зала. Каждый княжеский стражник, оборотень, и даже князь с княгиней — все были под угрозой удара меча, топора или стрелы.
— Отойдите от нее. — Дамазы словно лезвием, мазнул взглядом по Медарду и Нандору.
Те послушались и отступили. Аглая наконец оказалась свободна.
— Иди ко мне. — Голос Дамазы стал чуточку мягче, нежнее, предназначенный лишь ей одной.
На одеревеневших непослушных ногах она поковыляла к нему. Как только она подошла достаточно близко, Дамазы отшвырнул от себя Абигель и потянулся к ней. Сильные руки обвились вокруг талии и тут же задвинули ее за спину.
Внутри клокотал страх. Может, им дадут просто уйти?
— Верни мне ее!
Аглая выглянула из-за спины Дамазы: Балах не сводил глаз с Абигель.
Дамазы покачал головой:
— Не так скоро.
— Ты чокнулся! Ведьма тебя приворожила. Пользуется тобой.
У Аглаи вновь закружилась голова. А что если Дамазы все еще так думает? И сейчас решит, что Балах прав? Тогда она сама выпьет это чертово снадобье истины, но лишь бы доказать ему, что ничего подобного не делала.
Тогда ей придется признаться и в том, что она ведьма, и в том, что ненастоящая княжна. Но он точно будет знать, что его чувства не подделка, что нет никакого колдовства в том, что он полюбил ее. Уж лучше так, чем его сомнения.
