Автор
Она смотрит на часы, словно готовая бежать, но в воздухе чувствуется напряжение и ожидание. Арсен не может определить, задерживается она из-за недостатка знаний или из чести. Казалось бы легкомысленная постановка дел - это маскировка сложных отношений. Встреча превращается в игру слов и намеков, где каждое движение имеет значение....
Арсен взял ее за затылок, пальцы тут же нащупали мелкие капсулки. Твою ж мать, и волосы нарощенные! Да ей хорошо если двадцать лет, когда она успела себя настолько апгрейдить? Ямпольский чувствовал себя в точности, как будто собирался на кастинг претенденток на лицо компании «Индастрил Инвест», а по ходу попал на фабрику по производству виниловых кукол.
Он завершил процесс в несколько движений, дальше осталось застегнуть молнию, защелкнуть ремень и, не глядя, всунуть дышащей как астматик девице стодолларовую купюру.
Глава 2
— Боря, я не шлюху себе выбираю, а жену, — Ямпольский раздраженно отодвинул очередное портфолио и уставился на сидящего напротив собеседника, — и не вздумай уверять, что ты лично для меня отобрал этот колхоз!
— Напомни, мы сейчас с тобой у меня в кабинете или на кафедре невзашибенных наук? — Борис даже не шевельнулся, и Ямпольский в который раз пожалел, что не может поручить это дело простому исполнителю, с которого можно спросить, а не давнему знакомому, который только скалится в ответ.
— Чем, тем что не хочу иметь жену, которая тупее этой пепельницы? — Арсен приподнял и с силой поставил обратно массивную пепельницу в виде русалки, едва удержавшись, чтобы не запустить ею в голову Бориса.
— Подарок жены, какой-то там век, — буркнул Навроцкий и огрызнулся: — Тогда почему ты пришел ко мне? Иди на городскую студенческую олимпиаду по математике, там их как грязи, этих умненьких студенточек.
— Потому что мне нужна красивая девушка. Жена Ямпольского не может быть селянкой, Борис, не притворяйся дураком, тебе не идет.
— Тут или умная, или красивая, определись, Арсен.
— Если девственница, то это просто отлично, самое то для здорового потомства. Можешь плеваться ядом сколько угодно, но я плачу достаточно, чтобы танцевать тебя, Борис! — Арсен перегнулся через стол и поинтересовался вполголоса: — Это случайно не ты им советуешь слету лезть к моей ширинке?"
"— Профдеформация, Арс, — осклабился Навроцкий, разводя руками, — я тут ни при чем.
