Автор
Вот описание для вашей книги: Погружайтесь в мир оранжевого пламени свечи и тайн. Отбор рассказывает о помешанной на таинственных инквизиторах помощнице кронпринца, готовящейся стать главной в загадочной истории.
Графиня чуть было не заставила меня признаться, что я хочу извиниться. Всего одной фразой! И так быстро сменила тон, что я не успела и опомниться — лишь мечтала поскорее это закончить. А если бы я ответила «нет» — было бы ещё хуже.
Суженные глаза Её Сиятельства ясно дали понять, что она прекрасно заметила: я не ответила прямо на её вопрос.
Но она вновь не стала давить — не желая выглядеть скандальной.
Какая выдержка! Графиня знала, что позволять себе гнев на людях нельзя. С какой лёгкостью она играет словами — наверняка и прежде делала то же самое, а я попросту не замечала тончайших манипуляций.
— Вы, вроде как, здесь работаете, дитя? — взгляд скользнул по моему поношенному платью ассистента младшего ритуалиста. Я кивнула, подтверждая. — Я думала, ваш день куда более занят. Я жду, или же вы можете нас оставить — мы были посреди важного разговора.
Как будто это она передала мне явиться сюда, пользуясь своим положением родственницы короля.
Я закрыла глаза лишь на секунду, ненавидя необходимость извиняться, ненавидя то, что эта женщина всё ещё имела надо мной власть.
Прочистив горло, я произнесла громко и отчётливо, высоко подняв голову и глядя графине прямо в глаза:
— Я приношу вам извинения за то, что назвала вашего сына трусливым изменяющим слизняком.
Не знаю, на что рассчитывала Гелена де Рокфельт, но явно не на это. Возможно, как и прежде, она ожидала, что я скажу нечто в духе: «прошу прощения за сложившуюся ситуацию» или «беру ответственность на себя».
В глазах женщины, сидевшей рядом с матушкой моего бывшего жениха, появилось явное сомнение — она, похоже, не понимала, почему я извиняюсь перед матерью Леонарда, а не перед ним самим. Если бы я нанесла оскорбление роду, то должна была бы извиняться перед главой рода — Эларио де Рокфельтом, который сейчас отсутствовал но должен был вернуться совсем скоро.
Но оскорбила я не род, а лично Лео — после того как он сам сделал то, за что любой нормальный мужчина в семье вызвал бы льва на дуэль и тогда Леонард поплатился бы жизнью.
Я знала, зачем Гелена де Рокфельт добивалась этих извинений — чтобы замять историю с бала и новые разговоры о том, что Лео сделал в прошлом. Чтобы выставить меня виноватой и скандальной — той, кто не может заслуживать ни уважения, ни снисхождения.
