В старой квартире скрывается загадочная бабушка, которая умеет решать все проблемы внучки с безупречными советами. Лариса не могла себе представить жизнь без заботливой поддержки, но однажды встретила эту самую бабушку — опытную женщину, способную решить любые трудности одним простым взглядом и несколькими словами....
Пример Золушки, учитывая мое нынешнее семейное состояние, прямо-таки напрашивался. И следовать ему не хотелось категорически."
"Проблему личного пространства я решила быстро. Но жить в доме, где бегают два неуправляемых стихийных бедствия, все равно было опасно. Не говоря уже об их мамаше. Что та удумает и до чего способна дойти по отношению к старшей дочери мужа, мне думать не хотелось.
Вопрос воспитания девчонок ждал своего решения, но я не торопилась. Не буду же я демонстративно перечить их матери. Непедагогично.
И он вскоре представился.
Свою неграмотность я обнаружила случайно. Наведалась в кабинет отца, служивший одновременно и библиотекой, хотела найти пособие по садоводству. Моих скудных сведений из прошлой жизни не хватало для ухода за местными розами. Бедняги чахли на глазах, и я хотела понять, что же делаю не так. Данита тут мне не помощница — розы разводить простой крестьянке не по карману, и в них она не разбиралась.
Закорючки и загогулины на корешках книг никак не хотели складываться в нечто читаемое.
Вспомнились пассажи из перечитанного в моем мире — там попаданки знали местный язык по умолчанию, а вот письменный им в голову вкладывали редко.
Мне вот, похоже, не повезло.
— А ты что тут делаешь? — раздался тонкий голосок за моей спиной.
Младшая сестрица, Арианна, еще не успела проникнуться ядом своей семейки полностью, и вела себя просто как нагловатый ребёнок. То есть не гадила из вредности, а мило любопытничала и хулиганила.
Пока что не подложила.
— Вот, думаю книжку почитать. — я повертела в руках томик с нарисованными цветами, втайне надеясь, что это все же пособие по садоводству, а не откровенный любовный роман.
— Ты ж не умеешь. — наивно похлопала глазами Арианна. По ее простодушной мордашке было видно — не врет. Марьяна в десять лет оставалась неграмотной, и дело вовсе не в переселенке в ее теле.
— А ты? — не удержалась от вопроса. Просить учить меня читать четырехлетнюю пигалицу казалось странноватым, но на безрыбье…
— И я не умею. А ты что, хочешь научиться читать? — не скрывая презрения, спросило малолетнее создание. — Настоящей леди это ни к чему.
Надежды разбились, едва воспарив. Значит, в этом мире царят классические средние века, женщина как домашняя скотина и прочее.
Приехали.
