В старой квартире скрывается загадочная бабушка, которая умеет решать все проблемы внучки с безупречными советами. Лариса не могла себе представить жизнь без заботливой поддержки, но однажды встретила эту самую бабушку — опытную женщину, способную решить любые трудности одним простым взглядом и несколькими словами....
Летом и в деревне-то не рай, но здесь хоть можно в речке искупаться, если совсем уж невмоготу. Или в лес податься. Там тихо, тенёчек, да и леший какой куст малины подскажет — и пообедать, и с собой набрать.
Но сегодня я уже успела побывать и в лесу, и на речке, поднесла нечисти положенные дары, и сейчас тряслась на послушной невысокой кобылке в сторону самого дальнего нашего села.
Его жители жаловались на необычный сорняк, заполонивший их поля. Забивает пшеницу, не поддаётся прополке, в общем, жуть. Благодаря изученным от корки до корки книгам по садоводству я теперь считалась у местных отменным ботаником — в буквальном смысле — и меня звали, когда нужен был совет по травам и растениям.
Староста деревни, основательный мужик под пятьдесят, с окладистой, ухоженной бородой и усищами, достойными викинга, которыми он явно гордился, встретил меня на окраине деревни. Почтительно поклонился, взял Звездочку под уздцы, и повёл в район флористического бедствия.
— Уже, поди, года три бедствует поле. — рассказывал он по дороге.
Идти пришлось недалеко. Мы успели миновать только два поля с недозрелой пшеницей, и небольшой участок с волосатыми колосьями кукурузы, как староста остановился и торжественно повёл рукой, демонстрируя «заразу».
Характерные коробочки, пока еще не раскрывшиеся, но кое-где уже опушённые белыми волокнами, чуть шуршали на ветру.
Божечки мои, хлопок!
Я чуть не пустилась в пляс прямо тут, на кромке поля.
До сих пор я видела здесь только три материала — шёлк, лен и шерсть. Ну, кожа и мех еще, само собой, но из тканей, получаемых в процессе ткачества — только эти три. Даже вариаций не было.
Раз у нас появился хлопок, приблизилась реализация моей мечты, самой заветной.
Нормальное белье.
Точнее, хоть какое-нибудь, потому что — о ужас — по этикету дамам трусов не полагалось вовсе. Крестьянки носили иногда мужские портки, потому что постирать, например, белье или прополоть капусту, не засветив все что можно, нереально.
Пока что я, по примеру крестьянок, пользовалась достижениями мужской моды. Льняные портки нещадно натирали нежную кожу уязвимой филейной части, но уж лучше там мозоли, чем цистит или что похуже.
