В закутке отбросов где наказывают самых опасных преступников, год выглядит как вечность. Полицейский, занятый ремонтом наручников на руке осужденной, неожиданно обращает на это внимание — а она сама уже не знает, что значит быть человеком после нескольких лет здесь.
Затем открылся багажник, и в мою сторону упал плед. Спасибо и на этом. Я схватила его и тут же завернулась. Затем наклонившись, достала разорванные штаны и из них — телефон. Там было несколько сообщений от Рейч, и мне пришлось написать, что я могу вернуться поздно. Или сильно поздно.
А может, и не вернуться, но Рейч знать об этом не стоит…
Но пока мы ехали, я надеялась, что все-таки, Эш немного успокоится, и лекарства смогут подавить его животную сторону окончательно. Он вернет себе разум, поймет, что натворил.
Я бросила взгляд на него на переднем сиденье.
— Тебе нормально в таком состоянии водить машину? — поинтересовалась я. Может, разговоры помогут.
— Кое-что очень мешает.
— И что же?
— Когда приедем — увидишь. Сможешь долго смотреть и даже чувствовать в себе.
У меня закатились глаза. Желание отвлекать его разговорами как-то резко пропало.
Этот дурак привез меня в дом, который я никогда до этого не видела. Припарковавшись прямо неподалеку, он вышел из машины и с моей стороны открылась дверь.
"От окончательного позора меня немного спасло то, что во дворе охраны не было видно. Хотя у въезда в дом она очевидно была.
Я висела у тупого альфы на плече и, чтобы было полегче принимать реальность, пыталась найти в своем положении какие-то плюсы.
Плюсов не было.
Мне изначально не надо было сбегать из дома. Если я останусь жива и у меня будут дети, то я им расскажу об опасности таких побегов.
Спустя пять минут я упала, сброшенная, на кровать.
Альфа снял с себя футболку, и я в шоке смотрела на это по-звериному мощное тело с завораживающе двигающимися под кожей мышцами. Никогда не хотела даже представлять, что у него под одеждой, но он сам только что показал. Эш — красивая сволочь, и разденься он в другой ситуации, я б искренне радовалась за его будущую омегу и за то, что у меня такой симпатичный друг.
Тем временем, он поставил одно колено на кровать, а руку — возле моей головы, нависнув надо мной, отчего у меня сердце рухнуло вниз.
— Не стоит этого делать, Эш. — попыталась попросить его я. Он же спокойно распаковал мое тело из пледа и сбросил его на пол, как бы я не старалась удержать этот спасительный кусок ткани.
Рука альфы скользнула мне между ног, разводя бедра.
