В закутке отбросов где наказывают самых опасных преступников, год выглядит как вечность. Полицейский, занятый ремонтом наручников на руке осужденной, неожиданно обращает на это внимание — а она сама уже не знает, что значит быть человеком после нескольких лет здесь.
— Ассоль? Ассоль?!
Да хватит спрашивать! Я не могу ответить!
Я ускорилась, направляясь обратно к зданию, где проходил благотворительный вечер. Оббежав несколько машин, я оглянулась и увидела, как папа, опустив телефон, смотрит задумчиво на экран.
— Связь пропала, что ли… — произнес он, и тут же послышались короткие гудки. Он сбросил трубку и собирался перезвонить.
Я бросилась изо всех сил к двери запасного входа. Толкнув ее, я заползла внутрь и расслабленно прижалась к стене, переводя дух. Господи, чуть не попалась.
Телефон завибрировал снова. Я подняла трубку, в этот раз не боясь, что папа меня поймает.
— Пап, у меня расстройство желудка. — произнесла я со вздохом. — Как сделаю дела, так выйду. Не надо меня искать, тебе не кажется, что это немного стыдно?
Папа странно откашлялся. По-моему, он не подумал об этом.
— Ну, ладно. — растерянно произнес он. — Так ты в туалете на улице или в здании?
— В здании.
— Тогда ладно. А то я подумал, что ты в этих кабинках. Там рабочие и охрана шастают, а ты девушка.
— Все в порядке. — вздохнула я. — Я потом поймаю такси и поеду за Таей.
— Не нужно. Я пошлю Рейчел, так что не переживай. Она все равно здесь скучала. Как выйдешь, возвращайся ко мне. Хочу убедиться, что у тебя все хорошо и поедешь после этого домой, с нашим водителем. Отключаюсь, не отвлекаю.
Он сбросил вызов, а я снова вздохнула. Отлично, от папы я ненадолго избавилась. Но что насчет запаха? Я понятия не имею, через сколько он выветривается. И я не могу час сидеть в туалете, чтобы уж наверняка, и говорить, что все в порядке.
Был только один выход.
Я открыла телефонную книжку и нашла там контакт “Адриан”. Затем набрала его. Альфа поднял трубку очень быстро, словно ждал моего звонка.
— Да, Ассоль? — произнес он достаточно приветливо.
— Слушай, у меня проблемы. Ты же на благотворительном вечере?
— Вроде того. Что у тебя произошло? — заинтересовался мой друг детства, а мне снова захотелось вздохнуть. Сегодня я часто это делаю.
— Сложно объяснить по телефону, но ты не мог бы прийти ко мне? Только не говори никому, что ты ко мне.
В трубке повисло молчание. Затем Адриан отмер.
— У тебя месячные начались? Прокладки купить?
— Боже. — дернулась я. С чего ему в голову такое пришло, а? В моей жизни был всего лишь один момент, когда я просила Адриана купить прокладки. Тогда я окончательно осознавала, что между альфой и мною ничего не может быть и никогда не будет, поэтому он перешел в разряд близких друзей, которых можно попросить о таких вещах.
