В отчиме и падчерице — мир безумной жизни, где справедливость теряется под маской теневого интеллектуала. Всех привлекает сцена на телефоне, где Мария изображает жертву в семейном спектакле, а действительность начинает медленно разворачивать свою калитку насилия и принуждения....
– Ты ведь, по-сути, большую часть жизни просидел в тюрьме, как тебе удалось не свихнуться и не сломаться? – спрашивает его Виктор, помогая Марии добраться до своего члена.
– Умница, отлично сосешь, – все с той же противной насмешкой говорит он Марии, обращаясь к ней, и щипая ее за щеки."
"Девушка старательно приступает к своим обязанностям, а гость тем временем, рассказывает о своих приключениях и о том, как он встретил свою молодую жену и как она ждала его из тюрьмы, когда его посадили во второй раз на два года за избиение в баре пьяного подростка.
Мужчины пьют и общаются, Виктор ведет себя так, словно ничего и не происходит, словно Мария не сосет его член под столом. Но по его трясущимся ногам, девушка понимает, что он уже на грани и скоро сольет в нее свое семя.
Через пятнадцать минут он кончает в нее, прижав ее голову к паху, а затем, извинившись перед другом, быстро отводит ее на место.
– Ты ее всегда на цепи держишь? – удивленно спрашивает Сергей.
– Да, ей нравится сидеть на цепи, так она лучше понимает, где ее место! – подмигивая Марии, отвечает Виктор.
Затем возвращается за стол и мужчины продолжают развлекаться, общаясь на жизненные темы.
Мария долго слушает их разговоры и постепенно засыпает. От запахов еды у нее кружится голова и урчит в животе, но она боится просить еды у Виктора, опасаясь, что он заставит ее отрабатывать каждый кусок.
Почти два часа Виктор и Сергей разговаривают, они допивают уже вторую бутылку и их языки заплетаются.
– А я тебе говорю, не надо чикаться с женой, просто пришел домой, схватил за волосы и вставил ей в глотку, чтобы не вякала! – наставляет друга Виктор.
– Витек, я не люблю насилие, мне конечно нравится, потрахать в глотку, но бить – не мое. Я уже говорил, чего мне хочется… – отвечает татуировщик.
– Вот для этого, мой друг, и нужны рабыни! ты можешь насиловать ее, пороть, принуждать, приказывать – она сделает все, что ты ей скажешь, беспрекословно! Она понимает, что живет только ради того, чтобы тебе было хорошо! Правда, милочка? – Виктор поворачивается к Марии, но та его не слышит.
– О, да… Я понимаю… Рабыня – это другой уровень! Из моей жены такая не получится, это уж точно… Она сама кого хочешь в рабы превратит! Злая стерва… Но, люблю ее, что ж тут поделаешь! – татуировщик вздыхает и погружается в свои тяжелые думы.
– А хочешь, я оставлю тебя с Марией наедине? Можешь немного понежничать с ней, – хитро улыбаясь спрашивает Виктор.
– А ты куда? – растеряно произносит Сергей.
