Но вот он расстегивает еще одну пуговицу, еще одну… Я приподнимаюсь на подушке, чтобы рассмотреть все, увидеть и подсчитать, как он и предложил, а он лишь усмехается, видя мое нетерпение.
— Ну что, — останавливается на пуговице, которая должна все решить, — последняя попытка проверить свою интуицию. Запускаю таймер.
И правда, едва он это сказал, начинает что-то противно пищать. И с каждой секундой моего промедления звук лишь усиливается, мешая сосредоточиться.
А вскоре становится настолько невыносимым, пронзительным, что я закрываю уши, чтобы не слышать его, и тихо прошу, чтобы все прекратилось. Пожалуйста, пожалуйста, пусть этот звук оборвется!
— Ну что ж, — слышу голос главного босса, — если вы так нерешительны…"
"Я даже практически перестаю видеть мужчину — настолько этот звук раздражает. Его фигура начинает медленно расплываться, и я скорее догадываюсь, чем действительно различаю, что он застегивает рубашку обратно!
Качаю головой, зажмуриваюсь, тру глаза, а когда открываю их, мир вздрагивает и подменивает реальности.
Противный звук пропадает, как и мужчина. Комната пронизана солнечным светом. Но ярче всего горят сообщения на экране мобильного — пять пропущенных вызовов от главного босса!
— Что ему опять так неймется? — бормочу недовольно я.
А потом обращаю внимание на часы, и буквально подскакиваю с дивана. Начинаю метаться, тасовать подушки, убирать скомканный плед, и…
Плед!
Сон, едва ускользнувший, тут же с готовностью возвращается и принимается демонстрировать все, что я так поспешно забыла.
— О, Господи… — выдыхаю растерянно, но тут же нахожу правдоподобное пояснение. — Это все потому, что он разбудил меня этим звонком. Наверняка мне снилось до этого что-то другое, что-то более… более…
Тщетно ищу эпитеты, но в голову лезет только один, самый честный — вряд ли до звонка генерального мне снилось что-то более интересное, а вот более приличное — вот здесь без сомнений!
Поспешно умываюсь, одеваюсь, вызываю такси, пока раздумываю сообщать ли боссу, что я уже еду. Решаю, что каяться лучше, глядя в глаза, ну и чтобы он видел, как я спешила, крашу только ресницы одного глаза. Густо так, чтобы он точно увидел, а то знаю я этих мужчин!
Немного бледных теней на скулы — есть вероятность списать на неважное самочувствие. Да и повод имеется. Не могла же я раздавать советы его Снежане, не испробовав их предварительно на себе!
Да, мне плохо. Пусть так и думает. Плохо. Но, в отличие от его помощницы, я, во-первых, дала ему выспаться хорошенько, а, во-вторых, все же приеду. И вот не вовремя, но прям интересно: сколько же пачек мороженого она вчера съела?
Так ладно, не до нее…
Отбрасываю мысль накрасить только нижнюю губу — это уже перебор с драматизмом.