Олеся, чья внешность вызывает противоречия, оказывается в центре конфликта с Мстиславом и его группой. Возникает борьба за власть и судьбу отца, а также личные страсти и запретные желания. Интрига разворачивается вокруг статуса оборотней и борьбы за территорию.
На Chitat.online эта карточка оформлена как отдельная страница чтения: здесь можно открыть «Отдана чудовищу» онлайн полностью, сверить автора, жанры и перейти к тексту без скачивания.
Олеся, чья внешность вызывает противоречия, оказывается в центре конфликта с Мстиславом и его группой. Возникает борьба за власть и судьбу отца, а также личные страсти и запретные желания. Интрига разворачивается вокруг статуса оборотней и борьбы за территорию.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
читать текст Катя Лоренц Легкое чтение Любовные романы Фэнтези подборки серии
Олеся, чья внешность вызывает противоречия, оказывается в центре конфликта с Мстиславом и его группой. Возникает борьба за власть и судьбу отца, а также личные страсти и запретные желания. Интрига разворачивается вокруг статуса оборотней и борьбы за территорию.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Её пышная грудь часто вздымалась, а глаза лихорадочно блестели.
— Леся! Это правда? Ты выходишь замуж за Глеба? Того приезжего красавца?
— Поздравляю! — она обняла меня. — Такого красавчика отхватила!
— Не с чем поздравлять.
— Я не поняла. Ты что не рада?
— Чему радоваться? Я этого не хочу! Он чуть отца моего не убил. Людей на колени поставил. Пришел на нашу землю и ведёт себя здесь как хозяин. Я и согласилась, чтобы папу не трогали. Это было условием Мстислава.
— Чудачка ты! Да я бы все на свете отдала, чтобы такой красавчик на меня посмотрел. А ты женой будешь.
— Не нужна я ему. Ему отец велел. Будь его воля, он бы шею мне свернул как цыпленку.
— Ерунда! Ты бы видела на каких машинах они сюда приехали. А кольца видела какие? Влад такие никогда не делал.
Машка ещё долго трещала о плюсах нежеланного для меня брака. Я пошла в сени, покормить наших кур. Так Машка шла за мной и говорила не умолкая. Какие у него сильные руки, какой зад. А ноги. Я все больше раздражалась.
— Слышь. Страшила, — услышала я бас Глеба, но сделала вид, что не слышу его. — Оглохла что ли? — он открыл калитку, в два шага догнал меня, схватил за руку, развернул к себе лицом.
— Я к тебе обращаюсь. Ты что, к тому же глухая?
— Что надо? — поджала губы. Мало того, что он обзывает меня, так ещё и при Маше. А я итак комплексовала по поводу своей внешности. Он унизил меня, перед подругой.
— Откажись от свадьбы.
— Как? Ты же слышал, что он убьет отца?
— Да перестань ты прикрываться отцом! На тебе даже престарелый слепой не женится. А тут такой вариант нарисовался. И как удачно все складывается!
— Да лучше престарелый слепец, чем такое чудовище как ты! — что я ему сделала? Почему он так жесток со мной? Глаза Глеба зло сверкнули. Он схватил меня за шею и приподнял.
— Твой отец. Сам его и переубеди.
— Его приказы не обсуждаются.
— Высокие семейные отношения? — ухмыльнулась я. Глеб отшвырнул меня. Падая, перевернула на себя воду для цыплят.
— Сделаю тебе ребенка, так и быть! И больше, чтобы мои глаза тебя не видели! — он ушел, громко хлопнув калиткой.
Так и быть?! Одолжение мне делает? А меня он спросил? Мне это надо? Ребенок должен рождаться в любви, как у моих родителей. А не по приказу.
Вся мокрая грязная, упала на согнутые колени лицом и заревела.
А может и правда сбежать?
— Леся, — ласково приговаривает Маша, поглаживая меня по спине. — Не стоит плакать из-за всяких уродов. Прости, я тебе не поверила. Теперь вижу какой он, — я вытерла слёзы. Совсем забыла про подругу. Допустила, чтобы меня жалели.
Я поднялась. Маша помогала мне отряхнуться.
— Не стоит. Я сейчас переоденусь, — прикусила щеку изнутри, чтобы не давать волю слезам. Так легко плакать, когда тебя утешают. Так же было, когда я тосковала по маме. Чем больше меня жалел папа, тем больше я рыдала.
