Автор
В темном помещении слышится мерное покашливание — мигнув глазами, вы открываете полуприкрытые веки и видите крепкого незнакомца в чёрном халате. Он вошёл с легкой уверенной походкой, будто шагает по тонкой льдинке, несясь на прыжках и крадучись по направлению к кровати, где вас ждёт. Эта сцена напоминает хищника в темноте — сильного и опасного, готового любой ценой добиться своей цели....
— Прости, прости, прости! Я не хотела! Не специально! Я испугалась! Мне было очень страшно! Я объясню, я все расскажу! Так, как было на самом деле!
Быстро прижимаю Таю к себе, приглушая её плач.
— Тш-ш! Тише! Не шуми! Никто не должен узнать, поняла? К тебе следователи приходили?!
— Приходили. Какие-то мужчины. С лицами такими серьёзными, опасными. Они начали задавать мне вопросы про тебя. Спросили, что я делала двадцать второго марта. Я ответила, что дома была… Они сделали какие-то пометки в блокнотах и уехали. Но перед этим сказали, что отныне я не смогу с тобой созваниваться по личному приказу Алаева.
— Они били тебя?!
— Нет. Наш куратор, она кричала на меня. Запирала в подвале и лишала сладкого. Я постоянно пыталась выпытать информацию у Элеоноры Владимировны о тебе, но она говорила, что ею не владеет.
Я глубоко вздохнула, опустив голову.
— Тая, знаешь, что ты сделала?
Тишина.
— Заварила очень крутую кашу! Ты сбила жену Алаева! Беременную жену самого Демьяна Алаева! А я… я взяла вину на себя, чтобы спасти твою жизнь.
— Мне жаль, мне так жаль! Я на знала… правда не знала, что так всё обернется! Зачем? Рори! Зачем ты взяла вину на себя?! Я прямо сейчас пойду к господину Демьяну и всё ему расскажу!
— Нет, — цепко впиваюсь в её руку, дергая обратно.
Конечно она понимает.
Ведь многие семьи нашего общества живут по своим законам, а этот — “кровь за кровь”, они чтут превыше всех остальных.
— У нас есть еще время. Я попробую что-нибудь придумать! Никто из нас не умрёт… Расскажи мне правду. Тот день… от начала до конца.
Тая выпивает воды. Прямо из-под крана ладонью черпнула. Видно, как ей становится тяжело.
