Автор
В темном помещении слышится мерное покашливание — мигнув глазами, вы открываете полуприкрытые веки и видите крепкого незнакомца в чёрном халате. Он вошёл с легкой уверенной походкой, будто шагает по тонкой льдинке, несясь на прыжках и крадучись по направлению к кровати, где вас ждёт. Эта сцена напоминает хищника в темноте — сильного и опасного, готового любой ценой добиться своей цели....
Ну точно отменная из нее актриса.
Или, всё же действительно не знала?
Ведь играет уж слишком убедительно, даже пот на лбу вызывать умеет.
— Я не знала об этом… Честное слово, Демьян! Что ребенок не твой… Вот же дрянь такая! Шлюха! Да я сама её сейчас прибью! Как она могла? Как! В роскоши вырастили, больше жизни любили, баловали, давая всё самое лучшее. А она… подстилка неблагодарная, мать родную и отца так подставила! Позор!
— Раз в этой истории виновата только Алсу, значит будем её судить немедленно! Я согласен вас простить, но ложь и предательство должно быть стёрто с моей памяти.
* * *"
"— Демьян, нет! — Назиф наконец-то вмешался. Он попытался меня остановить, но я непреклонен.
— Рты закрыли! Вы меня обманывали, держали за идиота! С этой минуты все наши сделки разорваны. А вас ожидает суд!
На лицах моих новоиспечённых врагов застыли маски страха и ужаса.
— Что ты собираешься сделать с нашей дочкой?!
— К окну подойдите.
Мы все вместе оказываемся возле окна. На улице появляются мои люди из охраны.
— В чём дело?! — негодуют они в один голос.
— Я же сказал, буду судить.
— Ты… нет! Не посмеешь! — Фаина даже не пытается меня умолять, она продолжает рычать как крокодилиха, считая, что она права.
Так я и думал.
Дочь для них на самом деле ничто.
Лишь средство для достижения целей.
Горевать не будут, однозначно.
Слишком уж любят деньги и власть.
— Что выберете: жизнь дочери, или свою кристально-чистую репутацию? Я забираю жизнь Алсу и больше вас не знаю. Или Алсу остаётся в живых, но о ваших поступках узнает весь мир.
Они отступают назад мелкими, трусливыми шажками.
В полном молчании…
Эта убийственная тишина сама даёт за них ответ.
— Очень жаль. Вы до тошноты отвратительные мрази! Даю вам пять минут, чтобы убраться из моего дома.
Я займусь ими немного позже. Сейчас моё сердце болит больше о другом! Аврора… Я должен вернуться в больницу и быть рядом с ней.
Даю распоряжение своим лучшим бойцам следить за этой плешивой парочкой, ни на секунду не выпускать из вида.
Через полчаса, после встречи с нотариусом, я беру с собой папку с документами, направляюсь к воротам, сажусь в машину.
— Трогай, — приказываю водителю.
Он жмет на газ. Автомобиль набирает скорость, мчится по трассе, покидая пределы города. Убедившись, что за нами нет слежки, Богдан сворачивает на бездорожье.
