Автор
В кабинете начальника компании всё на полках, как и должно быть, только в воздухе чувствуется напряжение. Сергей сидит за столом, разложив перед собой пачку векселей — долгов Лейлы. Он решительно принимает решение о встрече с самим Костровым и готов предложить сотрудничество для её выкупа....
Спросишь у горничной, — говорю, выходя из кухни.
Ну, на хуй. Проще дать пиздюлей Эльдару и службе безопасности, чтобы сами напряглись и все узнали.
Оборачиваюсь и смотрю на все еще сидящую у стены Милану.
Сука. Ренат.
Набираю Эльдара.
— Приставь охрану к Костровой. Нет, ни к матери. К дочери. Да. Как только сядет с мужиком в машину, сразу звони мне. Да.
На разумность этой недотроги в этом вопросе рассчитывать не приходится.
53.
Гадко. Мерзко. И стыдно.
Мною пользуются как вещью. Для сиюминутной прихоти.
Все истории о ласке и нежности — сказки. Мужчины всегда берут то, что им хочется.
Меня берут грубо. Как вещь. Нелюбимую вещь, которую хотят сломать, чтобы выкинуть.
Тихо плачу, сидя у стенки. Боюсь даже всхлипнуть, чтобы не напомнить о себе.
Беру салфетки и вытираю ими язык, ощущая новые приступы рвоты от одного воспоминания о том, чего мне пришлось коснуться.
Когда я ушла из этого дома в прошлый раз, то думала, что навсегда.
И это все как-то связано с Лейлой.
Откуда он знает о ней? И что ему нужно? Зачем ему знать о нашем последнем разговоре?
Надо бежать. Прочь отсюда. Пока он не передумал и не вернулся.
Смотрю на разбитую посуду на полу, напоминающую очередной акт насилия надо мной.
Груди опухли от зверских сжиманий и мне кажется, я до сих пор чувствую грубые пальцы на нежной коже. Соски всё ещё напряжены.
Между ног ноет. Каждый раз, когда он сует в меня свой член, мне кажется, что меня раздирают на куски. Это и есть пресловутый секс?
Встаю, опираясь о стену. Смачиваю полотенце и вытираю его следы с бедер и ног. Очень хочется в душ. Очень. Но не здесь. Бежать.
Но в чем? В халате? Поднимаю его и едва успеваю прикрыться, как в кухню заходит горничная.
Равнодушно смотрит на меня.
— Хозяин сказал передать Вам вещи.
Протягивает мне фирменный пакет дорогого магазина.
— Машина ожидает.
Она уходит.
Я вытряхиваю из пакета… одежду и обувь? Включая нижнее белье. И даже с размером почти угадали.
Мне противно понимать, что я натягиваю на себя платье и трусики, купленные этим мужчиной. Но у меня нет выбора. Мне же надо в чем-то покинуть этот ужасный дом.
Приму душ и переоденусь дома.
Выхожу в коридор. Никого. И ни звука.
Быстро пересекаю его и оказываюсь на улице. Уже темнеет.
Водитель фарами сигналит мне.
