Когда Тайнар перетечет полностью, он будет красивым котом. Аравелю не сказали, что он уже перетек, дабы не пугать родителя еще и этим. Мало ли из-за чего он потерял сознание, так по крайней мере пояснил Руан, не зная истинного положения вещей.
Сейчас малыш спал без задних ног, умаялся за день. Как только отец вернулся от того беты, к которому его погнал сын, он преобразился. Сияет, лоснится и частенько облизывается на воспоминания. Тот бета, что ему приглянулся, наверное, особенный. Ведь отец вдруг заговорил, что хотел бы семью побольше.
Аравель был только за и всеми силами стремился ему помочь. Еще в юности, когда он только учился ставить щиты, он ощущал, что в нем две силы. И только совсем недавно, после рождения сына, он понял, что это была за сила. Его щит был двойным. Его кокон покрывали силы, не его, а отца. И эти силы удерживали его всю жизнь. Но, теперь не нужно и Аравель отдал их назад. Он увидел, как пустой колодец заполнился, как кумар набирает силы. Сейчас Аравелю многое понятно. Очень многое.
Он встал с кровати и подошел к столу. Итан не его отец. Он закрыл глаза. Аравель сейчас очень хорошо ощущает все, что должен знать рождающий. То несоответствие силы у ребенка, коим оно было, его способности выводить зримый щит и необъятные размеры колодца сил, это все личная сила Итана. И Аравель ощущал, что сил его родителя в нем нет. Он намеренно искал в себе хоть крупинку от своего родителя, но не находил. Даже его зверь недоуменно созерцал на него и вопрос о родителе вызывал удивление, хотя именно он должен был помнить его лучше всех.
Итан не его родной отец…
Итан самый лучший на всем белом свете отец, какой вообще мог быть у него. Сейчас Аравель понимал все, что в детстве было не понятным. Итан был одинок и ему не светило иметь ребенка, а тут случай и он его получил. Скорее всего, он был донором, а родитель ничего не дал ему, Аравелю, в своей утробе. И все, малыш появился, благодаря силе кумара. И кумар создал свою стаю.
Альбинос улыбнулся. Итан любит его до безумия, как и он. Они и отец с сыном, и друзья, и партнеры. Сколько он помнил себя, отец всегда был монолитной всезнающей горой и лучшим другом. Он мог поделиться с ним любыми переживаниями, мог рассказать, о чем мечтает и только он поддерживал его шесть долгих лет в ЦКП. Да, даже если Аравель не его биологический сын, он все равно его сын. Любимый Аравелька…
Аравель улыбнулся, посмотрел на своего сына и вздохнул. Не все такие, как его отец. Не всем дано быть родителем и понимать, что такое пара. Судорожно выдохнув, уже все решив, Аравель постарался отпустить ситуацию, не зацикливаться на ней. Он ведь здесь, рядом со своим ПА, еще две недели, и он уедет и не сможет увидеть его воочию, дотронуться, поболтать шепотом и подурачиться.