Потом конечно получал по загривку, подлизывался к учителю и уморительно просил отца не расстраивать, сочинял, что его папа так устает на работе, потом еще его учит и прочее и прочее, что учитель ему мало веря, но имея договоренность с Итаном, делал вид, что ничего не расскажет. И Аравель думал так, будто ему все удалось. Ну а Итан, который уже выслушал о проделках сына, отрывался на нем, обучая его и не щадя.
В какой-то момент Аравель спросил:
- Ты что, все знаешь?
- Знаю. - Улыбнулся Итан. - Я знаю тебя, поэтому мне не составило труда договориться с учителями, что бы я знал обо всех твоих проделках. А сейчас в стойку и дальше работать!
Аравель выдохнул, умоляюще посмотрел на строгое лицо и поплелся выполнять указание. Они были в центре тренировок в отдельном помещении, которое заменили с первого опыта, - Аравель треть стены снес щитом, ибо мал был зал, - так что идти пришлось аж пятьдесят метров.
После тренировки они прибыли домой, а там на улице весело. Суббота, вышли фактически все соседи из квартир, и дети веселясь бегали вокруг. Итан поздоровался со всеми знакомыми, Аравель мгновенно утек в сторону компании с главенствующим Элевом, который негласно уступил главенство ему, как увидел. Никто из компании и слова не сказал. Аравель по праву силы был верхушкой в их маленькой компании.
Родители быстро сообразили небольшие увеселения, куда втянули и строптивых подростков. Игры были веселыми и занимали все буйные головенки. Любимым весельем был перетяни канат. Вставали парами, отец и сын, против такой же пары и начинали тянуть канат. Причем сын был первым, а отец вторым. Когда платок каната перетягивался за первую черту, пара должна была очень быстро поменяться местами и отец выхватить привязанный на веревочку мячик.
Аравель встал против Элева. Они любили эту игру еще с самого детства. За ними встали их отцы. Рефери и круг зрителей, свисток и началось. Рывки и смех, азарт, поиграть мышцами. Аравель аж от усердия выпустил когти и глаза стали багровыми, что бывало частенько. Элев, в подражание и поддержку ему, так же выпустил когти и изменил глаза на звериные - карие и сейчас азартно блестевшие…
Пума раскрыла пасть и с громким хлопком лопнувшего мячика огласила о своем появлении. Вокруг белоснежного кота была гробовая тишина. Пума, глаза красные, хвост обычный и длинный, дышит с жадностью, смотрит в глаза моментально перекинувшегося Элева. И смотрит оценивающе, потом делает свой первый глубокий вдох, прижимая ушки и прикрывая глаза.
