Автор
Макар медленно приходит в себя после очередного срока операции. В руках он держит новорожденную девочку, а рядом стена больницы кажется бесконечно далекой и холодной. Ира внимательно наблюдает за ним, бережно помогая перевязать голову Макара. Здесь каждый миг важен — от срыва хирургического звена до создания нового звена в семье....
Он попал в аварию, но уже идет на поправку. К моему удивлению, Степа воспринимает информацию довольно спокойно. Не хнычет, несколько раз моргает.
Врач тут же осматривает его, командует медсестре ввести обезболивающее. В себе Степа пребывает недолго. Полчаса, дальше засыпает под действием препаратов.
— Ему это сейчас нужно, — поясняет доктор. — Если будет спать — быстрее наберется сил. В следующий раз его нужно будет покормить.
— Да, конечно, а что… что можно?
— Мы все дадим, — улыбается он. — Не переживайте, у нас прекрасное питание.
Я киваю и следую за доктором, который покидает палату Степы.
Олю я замечаю почти сразу. Она стоит со стаканчиком в руках. Со стороны немного растерянная и словно что-то проговаривает про себя. По крайней мере, ее губы шевелятся.
Меня она замечает не сразу. Только тогда, когда я приближаюсь к ней.
— Привет.
Она словно не ожидала меня увидеть. Смотрит будто испуганно, хотя скорее слегка растерянно.
— Привет, — отвечаю ей. — Когда писал тебе смс, не думал, что ты приедешь так скоро.
— А я вот… — она хмурится и переводит взгляд в пустой стаканчик.
— Давно приехала? И почему не зашла?
— Боялась, — она пожимает плечами. — Думала, если Степа меня увидит, не поймет, кто я.
— Он сейчас в таком состоянии, что я не уверен, что он меня узнал.
— Как он… вообще?
— Пойдет на поправку. Все будет в порядке. Зря ты рванула сюда, ничего ведь не произошло.
— Да, я…
Она мнется. Мотает головой по сторонам и, найдя урну, выбрасывает стаканчик. Оля кажется мне слегка нервной и озадаченной. Или расстроенной. Я никак не могу прочитать ее эмоции, а мне бы хотелось понимать, о чем она думает, что хочет сказать, потому что она упорно молчит.
— Макар, я…
Оля делает глубокий вдох и выдает почти на одном дыхании:
— Я долго думала о том, что ты сказал там, в доме. Считаю, мы совершаем ошибку, не давая возможности себе попробовать. Мне не тяжело смотреть на твоего сына, более того, я, кажется, привыкла к нему, прикипела.
Я несколько минут смотрю на нее растерянно. И даже шокированно. Так уж вышло, что Оля оказалась более решительной. То, что я думал, она озвучила за какую-то минуту. Просто сказала то, что у нее на душе, пока я, как дурак, убеждал себя, что так правильно.
