Автор
Макар медленно приходит в себя после очередного срока операции. В руках он держит новорожденную девочку, а рядом стена больницы кажется бесконечно далекой и холодной. Ира внимательно наблюдает за ним, бережно помогая перевязать голову Макара. Здесь каждый миг важен — от срыва хирургического звена до создания нового звена в семье....
— Мы с вами прекрасно знаем, что я никогда не был мошенником. Все обвинения сняты, мне принесены официальные извинения.
Эти слова пролетают у журналиста мимо ушей. Он лишь слегка заметно кивает и продолжает:
— И все же… пациенты уже есть?
— Да. Я ведь неоднократно говорил, что в моей клинике будут работать только лучшие специалисты. Мои клиенты, которые оперировались у меня, не доверят свою внешность никому другому.
— Надеетесь переманить пациентов из клиники, где раньше работали?
— Надеюсь, вы перестанете задавать глупые вопросы.
Парень поджимает губы и право говорить переходит к другому человеку. Меня спрашивают об оборудовании, о финансировании, ведь на такой крупный проект требовалось немало денег. И конечно же, о моем задержании после заявления главврача клиники, в которой я работал. Меня обвинили в мошенничестве и халатности. Я, якобы, проводил пациентам операции, которые им были не нужны. Советовал подтянуть и без того идеальную кожу лица, улучшить форму груди, вставив импланты, провести липосакцию пациентке, которая пришла совсем не за этим.
В клинике, где я раньше работал, таким промышляли частенько. Я никогда подобным не занимался и естественно, ко мне начали выстраиваться очереди. Никому не хочется прийти к пластическому хирургу, чтобы сделать блефаропластику, а выйти с целым перечнем рекомендуемых операций. Попахивает покупкой нового девайса у консультанта, который пытается впарить тебе чехол, защитную пленку и страховку на все возможные и невозможные случаи.
— Как планируете рекламировать свою клинику? Будете обзванивать клиентов, которые уже вас знают?
— Нет.
— Вы ведь сказали, что первые ваши клиенты — те, кто уже у вас был?
— Я этого не говорил. Всего лишь заметил, что являюсь для тех, кто ко мне единожды попал, лучшим.
Через десять минут, когда я решаю, что вопросы закончены и собираюсь сбежать в клинику, меня останавливает женский голос:
— Еще один вопрос!
Что-то в ее голосе заставляет меня остановиться и даже развернуться к журналистам.
— Это правда, что у вас есть второй ребенок, но вы занимаетесь воспитанием только одного?
Глава 2
— Это правда, что у вас есть второй ребенок, но вы занимаетесь воспитанием только одного? — слышу женский голос в толпе журналистов."
"Следом обнаруживаю взглядом ту, которая задает вопрос.
