Автор
В встрече в аэропорту — такая неловкая приветственная улыбка и смех ребенка разрушают напряжение. Я вынуждена явиться к человеку, которого совсем не хочу видеть, но в дверях дома чувствую себя по-домашнему комфортно: хозяйка рада меня видеть. Внутри домов ощущается иной атмосферой — он наполнен непредсказуемым теплом и загадкой, что неизбежно заставляет задуматься об истории этой семьи....
Возле меня тормозит знакомый черный внедорожник. Запрыгиваю внутрь, и хлопок дверцы не ускользает от маминого внимания.
— О, ты в машину села? Едешь домой, да?
— Нет, мам… Я… — тру лоб, выискивая правдоподобную отмазку. — Мне к Юле надо. Она сейчас сама не своя…
— Лея! Ты уже достаточно уделила своего внимания Юле. Теперь ты нужна дома. Сережа очень хочет с тобой познакомиться.
Не зная о том, что своими словами ставит под угрозу наши жизни и легко может спровоцировать ДТП, мама громко и четко продолжает:
— Кстати, Дима тобой очень заинтересовался! Весь вечер меня про тебя расспрашивал.
— Мам, давай в другой раз…Не хочу знакомиться с Сережей. С меня Димы хватило.
Платон жмет по газам, подрезая какую-то тачку. В тишине салона ему все прекрасно слышно.
— Да я бы рада в другой раз, но Сережа-то уже здесь!
— Скажи, что сейчас будешь, — скрипит зубами Платон.
Оглядываюсь на него.
— Ты хочешь отвезти меня домой? — зажимаю телефон ладонью.
Машина быстро несется по бульварам и проспектам, и я понимаю, что Платон давно повернул к моему дому. По-видимому, едва заслышав мой разговор с мамой.
— Скажи маме, что сейчас будешь дома, — только и отвечает Платон.
— Мам, я сейчас буду, — послушно повторяю.
Что он задумал? Скинуть меня очередному жениху? И я еще переживала, будто он решит, что один подаренный медведь значил бы для меня слишком много, чем просто плюшевая игрушка?
— Слава богу! Жду тебя, Лея, — мама отключается.
"Вот уж вряд ли.
Беги, Сережа, беги, пока не поздно.
— Почему ты решил ехать ко мне? Ты ведь говорил, что у тебя для меня сюрприз…
— А сюрприз никто не отменял. Нам поэтому и надо к тебе заехать. Возьми дома купальник.
— Эээ… ладно. Но мне нельзя в бассейн или сауну после операции…
— Она назначена на четверг, а сейчас вечер вторника, — отрезает Платон и вдруг как будто делает над собой усилие и добавляет уже мягче: — И я знаю все, что нельзя делать после, не волнуйся.
— Ладно… Просто пощади их чувства. Что Юля, что мама… Они мои самые близкие люди.
— И все-таки это не повод терпеливо сносить все, что они говорят и делают.
