Автор
Федерика в недоумении смотрит на высокого незнакомца, ставшего свидетелем ее кабинета. Он озирается, как будто не замечая скромного интерьера. Внешность говорит: вседозволенность и уверенность в себе. Импульсивный вопрос о входе задает первый шаг загадочного сценария....
- В окошко, - киваю, приглаживая волосы.
- Ты сейчас серьёзно? - подозрительно спрашивает, доставая сигареты из кармана брюк.
- Да. И по поводу штрафов я погорячилась...
- Ты какая-то странная стала.
Я веду взглядом по массивной груди, рельефному прессу, неприкрытому паху и снова смотрю на шрамы. Глаза слезятся.
- Все понятно, - ворчит он и, подхватив с кресла полотенце, оборачивает его вокруг бедер. - Вот отчего добренькая...
- Ну что?...
- Говорил мне батюшка в госпитале, что это ранение для чего-то Богом дано.
Глава 24. Федерика
- Вау, мам. Вот это платье! Мяу-мяу! - восклицает моя средняя дочь и смачно отпивает чай. Мягкий ободок с кошачьими ушами, как всегда, у нее на голове, волосы немного растрепаны, школьная форма чуть помята, но сегодня решаю не быть занудой.
Поправляю короткий подол, задевая зудящие в ногах мышцы, и аккуратно раскладываю объемные рюши у себя на груди.
Захотелось с утра чего-то женственного и легкого.
Потягиваюсь сладко.
Секс прекрасен! Тьфу ты. Жизнь прекрасна!... Хоть это и связано с сексом конкретно сегодня.
- Платье новое, мам?..."
"- Все новое - хорошо забытое старое, Эльза, - отвечаю с блаженной улыбкой и умиротворенно вздыхаю. - Маша, принеси расческу, я тебя заплету.
- У тебя платье с ломашками, мамуля! - Дочка бежит, размахивая бантами. - Класи-и-ивое!...
- Спасибо, душа моя.
- Лозовое. Я люблю все лозовое…
Пока заплетаю тоненькие волосики, почти засыпаю.
Сказывается бессонная ночь. Что-что, а уж перезаряжаться Владислав Отец умеет не хуже, чем стрелять. Я который час нахожусь под впечатлением. Кожа, как бы я не терла ее в душе, пахнет сильным мужчиной и капельку - табаком.
Оставляю Машу с аккуратными косичками за столом и достаю любимую кружку из шкафчика, чтобы поставить ее в кофемашину. Выбираю кнопку «капучино» и нахожу в заначке пакетик сахара с заправки.
- Я ушел! - кричит Леон из коридора.
До слуха доносится какая-то возня.
- Лео.…
- Я ушел!...
- Леон, позавтракай с нами, я подогрею твои любимые сырники.
Оставив девчонок, спешу в коридор.
Отношения с сыном все больше меня беспокоят. Я каждый день остро чувствую: невидимая нить между нами становится все тоньше.
