Автор
Макс провёл полгода в тесном пространстве консервной банки, забыв всё, что было для него значимым до того. Теперь он снова приходит в себя и готов встретиться со старыми друзьями, но неожиданно узнаёт о том, что они уже празднуют что-то особенное без его участия. Встреча с друзьями становится шокирующим открытием для Макса: все вокруг кажется новым и чужим, будь то лицо на другой стороне стола или чайки за окном....
Тогда я могла бы позволить себе пофлиртовать с парнем, завести его, забить на рамки приличия. Но сейчас я взрослая женщина, мать, в чужом доме, за столом, нас окружают люди, поэтому стоит это прекратить.
Максим осушает стакан, я осуждающе смотрю на него: да он просто-напросто пьян. Вот откуда эта внезапная игривость. В глазах блеск, радужки расширены, лицо слегка раскрасневшееся, даже речь слегка меняется.
Это злит меня. Я резко отстраняюсь от него, а потом и вовсе поднимаюсь со своего места.
— Простите, отойду на минутку, проверю, как там дети, — улыбаюсь натянуто и выхожу из комнаты, чувствуя спиной взгляд Максима.
Я не иду в детскую, толкаю дверь в ванную комнату и подхожу к раковине. В отражении зеркала смотрю на взволнованную девушку, включаю кран с холодной водой, потом вспоминаю, что нанесла на лицо макияж и, если умоюсь, все испорчу. Закрываю обратно кран, упираюсь ладонями в мрамор. Выдыхаю и резко поворачиваю голову в сторону двери, когда слышу, как кто-то вошёл.
Максим.
Сердце стучит, пропуская удары.
Тук — пауза — тук-тук — пауза.
Щелчок, и мы заперты изнутри.
Тук-тук — пауза.
Шаг вперед, и внутри меня нарастает паника, потому что я вдруг отчетливо осознаю, что он с трудом сдерживает себя, чтобы не наброситься на меня, а я не хочу сопротивляться.
Глава 28
Ирина
Я успеваю лишь глотнуть ртом воздух. Один раз. После чего оказываюсь прижатой к холодной стене. Губы Максима накрывают мои, и я не верю, что это происходит.
Пьянящий вкус, аромат, стон. Мне нравится прикасаться к нему, нравится, как его щетина царапает мою нежную кожу, нравится понимать, что привлекаю его.
Рука Максима обхватывает меня за талию, притягивает ближе к себе, фиксирует. Я дрожу всем телом. Цепляюсь за его плечи, случайно отрываю верхнюю пуговицу на его рубашке. Становлюсь на носочки, чтобы быть с ним одного роста. Отвечаю на поцелуй, но расслабиться не удается.
— Нет, подожди, — хныкаю я, когда его пальцы ловко тянут подол платья вверх, намекая на нечто большее.
— Что? — тяжело дышит он и упирается лбом в кафель рядом с моей головой. Напряжен до предела. Готовый. Взвинчен.
— Не сейчас, — шепчу я, не в силах противостоять ему.
Пауза. Долгая. Его тяжелое дыхание щекочет мою кожу, вызывая волну дрожи.
— Да, — выдох, — прости, — еще один. — Это не самое лучшее место. Давай сбежим отсюда, заберем Тимура, пойдем ко мне и продолжим вечер только вдвоем? — шепчет соблазнительно мне на ухо, окончательно выбивая почву из-под ног.
