Автор
Макс провёл полгода в тесном пространстве консервной банки, забыв всё, что было для него значимым до того. Теперь он снова приходит в себя и готов встретиться со старыми друзьями, но неожиданно узнаёт о том, что они уже празднуют что-то особенное без его участия. Встреча с друзьями становится шокирующим открытием для Макса: все вокруг кажется новым и чужим, будь то лицо на другой стороне стола или чайки за окном....
— Сам задаюсь этим вопросом, — пожимает плечами он. — Похоже, в тебе есть что-то такое, что заставляет всех вокруг бросаться тебе на помощь. Вика с Игорем были готовы забрать к себе твоего сына и позаботиться о нем, пока ты не встанешь на ноги.
При упоминании о малыше воздух выбивает из груди.
— Что произошло? Ты знаешь, что с моим ребенком? — Я смотрю на него и с замиранием сердца ожидаю хотя бы какой-то информации, несколько слов о том, что мой сын здоровый, что ему хорошо без меня сейчас, что мне не стоит волноваться за его состояние.
— У тебя была остановка сердца, но по официальным документам все провели как родовую травму и большую потерю крови. Я не вдавался в подробности. С пацаном все нормально, на тебя не похож. Они пытались всунуть мне его, думали, что я отец, — усмехается он, и мы вновь замолкаем.
Я немного расслабляюсь. Уверена, на моем лице появляется мечтательная улыбка, потому что мысленно я держу на руках своего сыночка. «Тимур. Назову его Тимуром», — вдруг решаю я.
— Вот телефон. — Я с удивлением подмечаю, что он достаёт из кармана мой смартфон. — Набери бабушке, друзьям, или кто там у тебя еще есть, и сообщи, что с тобой все в порядке. Я не говорил твоим родным, что ты в реанимации, не стал беспокоить их, но уверен: они волнуются.
— Ты с кем-то разговаривал? — напрягаюсь я, потому как не понимаю, откуда он мог что-то знать о моей бабушке.
— Вроде того, — уклончиво отвечает мужчина и вкладывает мне в руку телефон.
— Спасибо, — нахожу в себе силы произнести я, потому что с трудом сдерживаю слезы. Максим, которого все приняли за моего мужа, оказался не моим Максимом. Я не могу избавиться от разочарования. Чувствую себя одинокой. Брошенной. Не могу увидеть сына, не могу связаться с парнем, кажется, у меня в жизни настоящая чёрная полоса.
Я сразу же проверяю телефон на наличие пропущенных звонков, потом мессенджеры и социальные сети. Вижу, что есть непрочитанные сообщения, но меня сейчас интересует лишь одно имя, которое я жажду увидеть на экране.
— Он все ещё не появлялся в сети, — наблюдая за моими действиями, произносит мужчина, словно прочитав мои мысли.
