Автор
Макс провёл полгода в тесном пространстве консервной банки, забыв всё, что было для него значимым до того. Теперь он снова приходит в себя и готов встретиться со старыми друзьями, но неожиданно узнаёт о том, что они уже празднуют что-то особенное без его участия. Встреча с друзьями становится шокирующим открытием для Макса: все вокруг кажется новым и чужим, будь то лицо на другой стороне стола или чайки за окном....
Останавливаюсь на пороге, рассматриваю широкую спину мужчины. Он возится с кофеваркой, делает завтрак, и мне становится стыдно. Мало того, что, можно сказать, навязалась, так и толку от меня никакого.
— Давай помогу. — Иду к нему, но замираю под красноречивым взглядом и присаживаюсь за стол. — Тимур спит? — растерянно оглядываюсь по сторонам. Наверное, Максим подумал обо мне невесть что. Хороша же мамаша: вручила сына чужому человеку и закрылась в ванной комнате.
— Да, я уложил его в кроватку.
— Спасибо.
— Есть какие-то новости об этом твоем? — Кивком указывает на телефон в моих руках и снова отворачивается.
— Нет. Никаких новостей. Как думаешь, к вечеру расчистят дороги? — спрашиваю осевшим голосом, чтобы как-то сменить тему.
— Возможно, но после обеда обещали ухудшение погоды. Так что, скорее всего, нас снова заметет, — заключает он и ставит на стол передо мной тарелку с едой. А потом и чашку с чаем.
— Надеюсь, тебе это можно есть. Не знаю, есть ли запреты на какие-то продукты.
— Все нормально. — Пододвигаю к себе тарелку и слежу за мужчиной. Рассматриваю его в который раз, не понимая, что именно так цепляет мой взгляд. Вроде бы обычный, разве что выше постом, чем мои бывшие парни. Или же дело в его глазах, которые словно заглядывают прямо в душу?
— Можем позвать Вику в гости. Уверен, вам, девочкам, есть о чем поговорить, — прерывая молчание, предлагает Максим и нервно усмехается.
— Я не… я не думаю, что это хорошая идея. Неудобно.
— Что именно неудобно? — Мужчина выгибает бровь, ожидая моего ответа.
"— Знаешь, все это время я только и делала, что рассказывала Вике о Максиме. О нашем отдыхе, о том, какой он романтичный, делилась переживаниями и искренне верила, что мы ещё долго будем жить по соседству. А теперь выяснилось, что я перепутала все на свете, рассказывала ей о другом человеке, которого она принимала за тебя. Да она думала, что я ношу твоего ребёнка! — обреченно произношу я, бросаю вилку на стол и откидываюсь на спинку стула, устремляя свой взгляд на Максима.
— Разве вы подружились из-за меня? Что-то поменялось в вашей женской дружбе и отношении друг к другу после того, как всплыла правда? — Смотрит на меня пристально, заставляя чувствовать себя маленькой девочкой, которую отчитывают.
— Нет, но…
— Ты врала ей?
— Нет, но…
— Жертва обмана здесь ты, а не Вика, — резким голосом заключает он. — И я, кстати, тоже.
