Автор
В трубке слышится беспокойство и детский плач, но это лишь начало приключений в мире Отец подруги. Навсегда твоя — роман о женщинах, которые не выдерживают жизненных испытаний, а вместо этого становятся их катализаторами.
— Ско-лько про-шло… — сиплю я, Дамир наклоняется ближе, почему мне становится хуже, чем было в начале нашего разговора, силы так быстро покидают меня, даже губами шевелить неимоверно сложно, — времени?
— С аварии? — я моргаю, как хорошо, что он понял меня, — неделя, Тась. Чуть меньше недели. Пять дней ты пробыла в коме.
Господи, как же там Даня без меня целых пять дней. Я и правда ужасная. Самая ужасная мать!
— Тася, успокойся, — Дамир гладит меня по лицу, нежно нежно. И ему совершенно точно не противно.
Я глубоко выдыхаю, но легче не становится, становится больно.
— Тебе снова надо поспать. И помолчать. Все будет хорошо. Он наклоняется и практически невесомо касается губами моего лба. Затем щеки и на ухо шепчет спи.
И я словно повинуясь ему, действительно засыпаю.
Следующее мое пробуждение не такое болезненное. На этот раз рядом никого нет.
Интересно, а если я была без сознания целую неделю, то как так совпало, что в момент моего пробуждения Дамир оказался здесь. Рядом. Хоть и не в самой палате, но все же. Не окажись его сразу здесь, я бы чертовски запаниковала. Особенно после реакции медсестры.
Неужели он дежурил у моей палаты всю неделю? Я пытаюсь приподнять голову, но снова больно, и снова силы быстро заканчиваются, лучше и правда буду спать, ведь сон он же лечит.
Глава 52
— Тут классный район, Тась. Спокойный, никаких ночных клубов, а сколько тут мамочек с детьми. Кажется, все сюда съехались! Я стольких видела, пока здесь жила. Оазис настоящий.
Ульяна с широкой улыбкой на лице шагает впереди, проводит мне мини-экскурсию по двору дома, в котором Дамир купил мне квартиру.
— А тут площадка, смотри, какая большая.
Удивительно, но я не испытываю никаких эмоций, глядя на груду железа, из которого соорудили детскую площадку. Красивую, ухоженную, большую.
