Автор
Неловкая встреча с татуированным отцом лучшей подруги превращается в опасное притяжение. Героиня оказывается в ловушке запретного романтики, где каждый взгляд опаляет, а расстояние между ними тает с каждым днём. Но есть правила, которые нельзя нарушать.
Эта страница Chitat.online посвящена книге «Отец подруги»: читатель видит описание, автора, жанры и может сразу перейти к чтению полной версии в браузере.
Неловкая встреча с татуированным отцом лучшей подруги превращается в опасное притяжение. Героиня оказывается в ловушке запретного романтики, где каждый взгляд опаляет, а расстояние между ними тает с каждым днём. Но есть правила, которые нельзя нарушать.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
Неловкая встреча с татуированным отцом лучшей подруги превращается в опасное притяжение. Героиня оказывается в ловушке запретного романтики, где каждый взгляд опаляет, а расстояние между ними тает с каждым днём. Но есть правила, которые нельзя нарушать.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Похоже, «Отец подруги» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
Жесткие губы, пряный запах, горячее прикосновение языка… Мы целовались.
Становится трудно дышать. Как?! Как я на такое решилась? И откуда взялся Миша? Я помню, как он корчился на полу.
Воспоминания продолжают сыпаться, сталкиваюсь одно с другим. Гул в ушах становится нестерпимым, резко накатывает тошнота, и, чтобы не упасть, я осторожно опускаюсь на пол, как заведенная повторяя: «Нет-нет-нет, пожалуйста, нет».
Семен, тебе нужно ко мне подъехать. У подруги дочери, похоже, отравление наркотой.
Да, я ясно помню эти слова. Борис Александрович сказал кому-то, что меня опоили, а потом искал Мишу. Дальше я ничего не помню. Будто свет выключили.
Онемев от шока, я сижу без движения еще несколько минут. Слезы просятся наружу, но глаза почему-то остаются сухими. Такой беспомощной и ничтожной я чувствовала себя лишь однажды, когда меня прижало сиденьем в том школьном автобусе. То, что мне подсыпали наркотики — единственное разумное объяснение произошедшему. Потому что сама бы я в жизни не набралась бы смелости…. Я бы никогда так себя с ним не вела.
Стук в дверь заставляет меня вскочить и быстро ощупать пижаму. Я в пижаме. А кто меня одевал? Я помню, что была в платье.
— Сона, это я, — раздается приглушенный голос Лены.
— Входи, — говорю я и сама поражаюсь, насколько тихо звучит голос. Будто во мне совсем не осталось сил.
Ленка беззвучно переступает порог спальни и так же беззвучно прикрывает за собой дверь. Сегодня она на себя не похожа: притихшая, без макияжа и укладки, в простых джинсах и футболке.
—Ты как? — спрашивает она почти шепотом и, всхлипнув, бросается ко мне на шею. —Прости… Я понятия не имею, как так вышло… Папа говорит, это был Миша… Клянусь, я не знала, что он… Даже подумать не могла… Господи, если бы с тобой что-нибудь случилось, я бы никогда себе не простила… Ты потом отключилась… Или сознание потеряла… Папин знакомый врач тебе капельницу поставил… Сказал, что у тебя сильное отравление…
Я молча слушаю ее, стоя истуканом. Значит, все так и есть. Меня опоили наркотиком. Я могла сделать с собой что угодно: спрыгнуть со второго этажа, танцевать на столе голой, изрезать лицо… Я ведь себя совершенно не контролировала… Как можно так поступать с живым человеком? Если бы мама узнала, она бы с ума сошла. Я так старательно готовилась к поступлению, так радовалась поступлению в МГУ, а могла бы невзначай умереть от отравления наркотиком.
— Я у мамы единственная дочь… — хриплю я, уставившись в стену. — Если бы со мной что-то случилось, она бы себя никогда не простила.
— Знаю… — всхлипывает Ленка, крепче сжимая мою шею.
