Автор
После разрыва с мужем, женщина готова на экстремальные меры для спасения своего ребенка, даже будучи вынуждена обратиться к бывшему партнеру. Каждый шаг подталкивает ее к новым граничам, заставляя вспоминать о прошлом и держаться наступающей пандоре надежд и страхов.
— Я тебя понимаю, — неожиданно добавляет Полянский. — Семья — это святое. Но если поторопиться, можно не выгрести вовсе. Оружейный бизнес — опасная штука.
— Я тебя услышал, — все же соглашаюсь с его доводами. — А откуда у тебя такие познания?
Олег многозначительно усмехается.
— Профессия обязывает.
Я жду продолжения, но его нет. И только по взгляду мужика понимаю, что и не дождусь.
На этом встреча наша заканчивается, и я возвращаюсь в офис. Но, откровенно говоря, работать у меня выходит хреново. Все мысли о тех проблемах, которые нарисовались.
Но стоит мне только зайти в дом, как навстречу выбегает Поля — бледная, с потерянным выражением лица.
— Что-то с Платоном? — тут же спрашиваю первое, что приходит на ум.
— Нет, но…
— Но что?
Она бледнеет еще сильнее, а затем резко подходит ближе и прижимается так крепко, будто ищет у меня защиты.
Хотел расслабиться? Забудь.
— 28 Полина -
Впервые с момента моего пробуждения в больнице утро я встречаю с улыбкой. Назара уже нет, но я не расстраиваюсь. Конечно, он уже уехал по делам, а я… Я бессовестно валяюсь в нашей постели, вспоминая то, что случилось ночью.
Настроение не просто хорошее, а отличное. Вскоре просыпается и Платоша. Его улыбка способна покорить любого. Даже строгий свекр тает, стоит только сыну посмотреть на него и беззубо улыбнуться."
"Аврора, заметив мое состояние, лишь многозначительно хмыкает, но, к счастью, ничего не спрашивает.
— Кстати, Полин, на днях прилетают Ник с Евой, — говорит свекровь после обеда.
Я вопросительно смотрю на нее.
— Мои племянник и племянница.
— А они откуда?
— Сейчас живут в Европе. И есть у меня подозрение, что не просто так они вдруг решили нас навестить…
— Что-то случилось? — с тревогой спрашиваю у нее.
— Если только хорошее.
На этих словах я немножко зависаю. Они ведь родственники, если оба племянники Авроры. Или я что-то не так понимаю?
— Ой, Полин, там такая запутанная история, — усмехается женщина, заметив мое замешательство. — Они сводные. И при том неродные.
— Ясно, — медленно отвечаю, хотя на самом деле ничего неясно.
— Знаю, звучит непонятно, но поверь — там все прилично.
— Да-да, просто…
— Никас — сын Антония, брата Лео.
